Фенячьи бредни. [18+] on Telegram: “Молодость. Она столь мимолётна, беззаботна и одн…”

Молодость. Она столь мимолётна, беззаботна и одновременно столь значима. Опьяняющая, она дарит яркие воспоминания и толкает на смелые поступки. Гулянки, вечеринки, первая любовь, первые близости, эксперименты с запретным, а порой даже кражи. Знакомства, поиски своего места в обществе и…

Признание.
Кто ты без него? В мире науки не более чем пустышка.

Райя была эксцентрична, любознательна, открыта и до жути оптимистична. Лишь временами. Даже столь светлые люди могут испытывать чувство тревоги. Всепоглощающая, сжирающая, давящая. Она распирала, сжирала и прожигала молодую амбициозную душеньку.

Выпускница на тот момент наилучшего биоинженерного института.
Отличница, умница, красавица. Закончила учёбу с отличием. Всё схватывала на лету. Ну не чудо ли?

Но порой даже таких успешных личностей, у которых, казалось, вся жизнь впереди, случается… выгорание. Ей определённо стоило развеяться.

А ещё найти первую работу. Содержание и приобретение оборудования стоило, казалось, больше половины её жизни.

Приближается прибытие.
Расхаживая по палубе, бедолага места найти себе не могла.
При попытке сесть и собрать мысли в кучу, её тут же начинало крутить от сильной тошноты и боли в животе.
Морская болезнь. Ходьба из стороны в сторону и свежий бриз хоть и малость, но освежали, не давая сосредоточиться на чувствах.

Паника росла, ведь с каждой пройденной милей ей становилось страшнее.
Только сейчас к ней пришло полное осознание ситуации.
Тот самый момент, когда понимаешь, что теперь ты предоставлен сам себе, и каждый твой шаг может быть непоправим и дорог как морально, так и физически.

Дурь из головы не выбить, и оставалось лишь надеяться, что по прибытии отляжет от сердца.

Судно плыло, а вместе колыхалось и всё тело.
Её бросало из стороны в сторону, и не усидеть ей на месте. Стошнит.
Не хотелось этого. Ой как не хотелось. Лоб окропил холодный пот, а глаза почти закрывались от головной боли.

Стоило собрать волю в кулак и…
Её стошнило.

Вырвало, к превеликому счастью, никуда иначе, как за борт.
Полегчало. Малость полегчало. Стоило прилечь…
По прогнозам плыть было ещё не более пяти часов, а к этому времени и стемнеть может быстро. Нужно было оперативно думать о ночлеге. Переночевать на корабле — идея, которую стоило хранить, но использовать её было бы просто отдельным видом мазохизма.
Райе нужны силы и нужен отдых. Здоровый и крепкий сон.
Есть ли шанс отыскать в этом небольшом городке хотя бы какую-то комнату по карману? Маловероятно. Если прознают, что ещё и не местная, так и вовсе втридорога возьмут.

Отпрянув от края и отталкиваясь трясущимися руками от перил, дама чуть качающейся походкой следует в тень, безвольно падая, словно тряпичная кукла. Озноб и чрезмерная чувствительность к резким запахам усилили раздражимость и создавали настолько некомфортную и тревожную атмосферу, что в какой-то момент ей даже показалось, что за ней кто-то следит.

Оглянулась вокруг. Пусто. Никого.

А резкая боль, бьющая, казалось, в сам мозг, пронзила её и дезориентировала так, что бедная с концом вжалась в угол, и почти в тот же миг её веки окончательно потяжелели, и глаза закрылись.