Неуклюжие попытки попасть в замочную скважину вскоре увенчались успехом, хоть и пришлось приложить немало усилий, чтобы повернуть механизм до заветного щелчка. И вот, после очередной попытки, дверь поддалась…
И что теперь? Это свобода, чего здесь думать, нужно бежать! Бежать что есть мочи, пока её не поймали и не закрыли навсегда в четырёх стенах. Только вот ребёнок не спешил идти. Она робко шагнула назад, поджала губки, и как-то уже не надо ей всё это. Весь этот холод, эта сырость, голод, темнота, а главное — одиночество. Здесь хоть и было непривычно, но тепло и сухо, здесь обнимали, заботились и даже купали, носили на руках и принимали, а не пытались прогнать прочь.
Зияющая пасть ночи не позволяла оторвать завороженных глаз. За это она и поплатилась, когда на плечо опустилось что-то тяжёлое, а щеку опалило горячее дыхание.
Такие же жаркие большие руки скользнули под подмышки и крепко, но без злости или попытки причинить боль, сдавили крошечную грудную клетку. В этих объятиях чувствовалась искренняя любовь. Они не тянули, лишь мягко и робко водили по тонкому плечу, чтобы сонным, но с проклёвывающейся тревогой и теплом, прошептать:
— Смотри сколько хочешь, но я не отпущу.
Post #446
296
- ❤ 2
- 👍 1
- 🔥 1