Фенячьи бредни. [18+] on Telegram: “Сердце колотилось так, как будто любой миг мог с…”

Сердце колотилось так, как будто любой миг мог стать последним.
Всё тело сковало, и, кажется, всё то время она не дышала.

Каждый вдох приносил с собой смеси гниющего счастья и страшного ужаса, зажатого где-то в глубине. Это потрясение шло не только от того, что ей удалось лицезреть, но и от того, что пришло осознание — мир, в котором ей суждено существовать, никогда не станет прежним.
Дрожь пробегала по телу, а желудок свивался в спазмах.

Это было похоже на пытку. Страшную. Мучительную.

— Ох, — мелодичный, почти сочувствующий вздох раздался над головой. — Здесь слишком грязно. Не стоит сюда заглядывать.

С приглушённым смешком демон опустился на корточки рядом с девушкой, провёл рукой по её волосам, ласково перебирая пряди, украдкой пальцы прошлись по затылку, а затем резко дёрнули вверх, заставляя вздрогнуть.

Кэтрин попыталась отпрянуть, вырваться, но было поздно. Цепкая хватка впилась в плечо, обвила локоть, потянула, притягивая ближе, волоча к себе, словно побитую шавку. Слёзы хлынули из глаз, губы искривились в гримасе ужаса и отчаяния. Хозяйка храма лишь снисходительно улыбалась, наслаждаясь её мукой и источаемым страхом.

— Отпустите, пожалуйста. Я… я…

Молвила сквозь слёзы, почти задыхаясь и уже желая пустить в ход зубы, но её обрывают, сжимая больную щёку, напоминая о недавнем инциденте.

— Тише.

Её прижали к себе, притянули к коленям, обняли по-матерински, словно и не весила ничего. Подняли на руки без малейшего усилия и унесли прочь от этого проклятого места, крепко прижимая к себе дрожащий комок плоти.

Щёки жгло потоком слёз, нескончаемым водопадом, низвергающимся из глаз. Она снова плакала, не в силах сдержать натиск отчаяния. Вздрагивала от каждой накатывающей волны, перед глазами всё плыло, веки наливались тяжестью. Ещё немного, и можно было забыться в спасительном беспамятстве, но вдруг горячая, обжигающая рука сжала её ладонь, сцепив пальцы в замок и легонько тряхнула.

— Ну же, ну же. Не смей терять сознание.
Посмотри на меня, малыш. Пойдём подышим свежим воздухом.

Тёплый, рокочущий голос ласкал слух, а чуждые этой твари нежные прикосновения казались нереальными. Жар обжигал, словно тело прижалось к раскалённым камням, но резкий контраст выдернул из полуобморочного состояния, позволяя глотнуть живительной прохлады. Лёгкий ветерок коснулся лица, хватка ослабла. Тело безвольно опустилось на бёдра, а чужие ладони нежно обвили её, укладывая голову на плечо.

— Дыши глубоко. Вдох и выдох. Скоро тебе станет легче.

Кэтрин замерла. Боль, казалось, потеряла всякий смысл, как и всё остальное, некогда тревожное.

Уткнувшись подбородком в плечо демона, она сморщила нос, будто всё ещё чувствовала то зловоние, исходящее от тел. Веки сузились, а глубокий вздох тут же захлебнулся в подступающих слезах. Пальцы, побелев от напряжения, впились в дорогую ткань хозяйского кимоно, ища хоть какую-то опору.

— Ну-ну… Поплачь.

Ники прошептала это с притворной нежностью, а широкая, хищная улыбка искривила ее губы. Лениво, словно играючи, обводила она подушечками пальцев острые лопатки и позвонки, не смея опустить руки ниже клетки рёбер.

Не поддалась, лишь зубы стиснула крепче, словно пытаясь удержать рвущийся наружу крик, и повторила глубокий вдох, за которым последовал медленный, вымученный выдох. Желанная прохлада коснулась разгорячённой кожи, но впереди по-прежнему возвышался храм. Нахмурив брови, Кэтрин склонила голову набок, краем глаза выхватывая из сумрака очертания колонны, извивы лестницы… Стойте. Это не то, что она привыкла видеть. Задний двор отныне предстал перед ней. Крепкая хватка, не позволявшая отпрянуть, развернуться, с каждой секундой становилась невыносимей. Всякая попытка вырваться обрывалась, а кончик хвоста жрицы вздрагивал в немом раздражении, словно предостерегая, что терпение на её выходки иссякает.