Фенячьи бредни. [18+] on Telegram: “Завернув хрупкое, гибкое тельце в махровое полот…”

Завернув хрупкое, гибкое тельце в махровое полотенце, женщина нежно прижала к себе малышку.

— Ну всё…

— Аа??

Окетра вскинула брови, вопросительно поднимая голову и косясь на неё.

— Докрутилась ты, Окетра. Ой, докрутилась…

Райя вышла из ванной, крепко удерживая извивающуюся девочку, и с лукавой улыбкой направилась в спальню, где их ждал ангел смерти.

— Да что такое…

Проворчала девочка, тщетно пытаясь освободить хотя бы руки.

Взрослые обменялись короткими взглядами, и на губах мужчины тоже расцвела улыбка, а веки прищурились в предвкушении.

— Разве ты не понимаешь, дитя? Райя, как ты ей не рассказала… Вот те на.

— Я хотела сохранить интригу до последнего.

Окетра похолодела. Неприятный холодок пробежал по спине.

— Видишь ли, всё это время нас мучил зверский го-о-лод! Друг друга мы, увы, не можем отведать, но вот тебя…

— Да-да. Ты такая аппетитная, маленькая и, наверняка, невероятно вкусненькая.

Глаза девочки стали огромными от ужаса. Шутка это или нет? Она не могла понять.

— Джодах, какую ручку ты хочешь?

С этими словами Джодах навис над съёжившимся комочком, и, хищно ухмыляясь, перевёл взгляд на ближайшую руку.

— Думаю, я начну…

— СТОЙТЕ! НЕТ! Я НЕ ХОЧУУ! Не ешьте меня! Пожалуйста, не надо!

Внезапно прозвенел полный отчаяния голосок, прервав злобное хихиканье. Всё казалось таким реальным, до жути правдоподобным. Глаза наполнились слезами, губы задрожали. На лице застыл неподдельный ужас, и слёзы покатились по щекам.

Никто не ожидал такой реакции.
На лицах шутников мгновенно отразилось замешательство.

— Эй-эй-эй… Ну-ну-ну. Окетра, Окетра, послушай, милая, это всего лишь шутка. Глупая шутка. Не нужно плакать, всё хорошо. Мы ведь не собираемся тебя есть.

Райя, крепче прижав к себе дрожащую малышку и устраиваясь на краешке кровати, уже жалела о своей затее. Джодах, застыв в трёх метрах, с нечитаемым выражением лица наблюдал за разворачивающейся драмой.

— Прости, котёнок… Прости… Я не хотела тебя так напугать.

Малышка тихонько хныкала, искренне перепуганная разыгравшимся спектаклем, а Райя, стараясь утешить, мягко гладила её по мокрым волосам и спинке, покачивая на коленях.

— Тш-тшш… Извини. Просто хотелось поднять тебе настроение.

— Человеческие дети такие хрупкие, — тихо пробормотал Ави, слабо хмыкнув. Приблизился к ним и, расправив огромное крыло, бережно обвил обеих. Райя прильнула к его плечу, опустив брови в попытке утешить испуганного ребёнка.

— Монстлы… — всхлипнула девочка, закрывая лицо руками, а горе-пранкеры переглянулись, растерянно не зная, как её успокоить.

— Может, нам стоит дать ей время успокоиться на едине?

— Но вдруг у неё начнётся настоящая истерика от нашего отсутствия? Ты же понимаешь, что оставить её сейчас — нам дорого обойдётся. Проходили, знаем…

— Райя, я не думаю, что наше присутствие сейчас помогает ей успокоиться. Особенно учитывая, что именно мы стали причиной её слёз. Просто дай ей немного пространства. Ей, наверное, и дышать уже нечем. Ты её совсем зажала, бедную.

— Ой-ой… Извини.

Райя отстранила от себя малышку, бережно укладывая её на подушки позади себя. Ушли, хоть это решение и далось нелегко.

Когда дверь бесшумно закрылась, оставив её наедине со своим страхом, девочка почти сразу ощутила давящее чувство одиночества. Стиснув губы и зажмурившись, она кулачками вытерла глаза, и ей вдруг стало по-настоящему страшно. Сначала напугали, а теперь бросили. Что за нелюди.

Стараясь подавить рыдания, она уткнулась лицом в подушку, сжав её с обеих сторон. В её маленькой головке мелькнула мысль: если она будет вести себя тихо и успокоится, Райя вернётся. Вернётся же?

Всхлипы начали стихать, слёз почти не осталось. Только горящие, красные щёки и опухшие глаза выдавали недавнюю истерику. Прижимаясь щекой к мокрой подушке, она неотрывно смотрела на дверь, всё ещё надеясь, что кто-нибудь вернётся.

Полотенце уже не так сковывало.