Фенячьи бредни. [18+] on Telegram: “— Просто расслабься, милая. Пожалуйста. Сдавленн…”

— Просто расслабься, милая. Пожалуйста.

Сдавленный стон, почти задыхающийся, вырывается из груди, когда губы оставляют дорожку влажных поцелуев на её плече. Руки нежно ласкают разгоряченную кожу, едва касаясь, дразня. Ладони скользят вверх, обхватывая упругие груди, нежно сжимая и массируя их. Насытиться невозможно. Она не торопится, словно намеренно тянет время, растягивая до безумия приятный процесс утех.

Кончики пальцев едва касаются затвердевших сосков, вызывая волну мурашек по всему телу. Поцелуи покрывают спину, шею и плечи, рождая мелкую дрожь, которая разливается знойной негой, отзываясь особенно ярко.

Припухлые губы обводят каждый шейный позвонок, не пропуская ни сантиметра. Она посасывает, лижет и нежно прикусывает, вызывая все больше волнующих звуков. Тихий скулеж, и губы смыкаются, оставляя на коже багровые следы. Язык касается их, словно извиняясь, но кто станет стыдиться, когда результат так радует глаз? Ладони же предательски тянутся к груди. Она не может остановиться. Так горячо и мягко. Мять и сжимать их – одно удовольствие. Это так расслабляет и затягивает.

— О-окетра-а… — умоляет она, пытаясь повернуться и заглянуть в бесстыжие, черные и такие притягательные глаза любимой.

— Ммм? Ну-ну, не нужно так жалобно смотреть на меня, дорогая. Я вижу, как ты изводишься, но мне нужно немного больше времени.

— Нет, нет, нет.
Ты просто мучаешь меня. Я люблю твои ласки и прелюдию, но, пожалуйста…

Сжимая плечо партнёра, она с мольбой прижимается горячей щекой к ее ключицам, словно надеясь на поблажку. Но Леди непреклонна, и эта картина лишь подогревает ее любопытство. Её спутница почти на пределе, а руки отчаянно ищут, за что можно уцепиться…
Душа мечется в поисках умиротворения. Необходима полная сосредоточенность. Что-то, что сможет удержать внимание до самого финала.

Ей жалко. До безумия жалко и поддаётся, позволяя эту минутную слабость.

Тянет ближе, поворачивает к себе лицом и обнимает шею.
Нежно касается ладонями пылающих румянцем щек, всматриваясь в сияющие и столь любимые ею васильковые глаза.
И скользит дальше, очерчивая контур скул и касаясь подбородка. Движется к ушам, водя по коже подушечками пальцев. Бережно убирает выпавшую на лицо прядь, в то время как руки женские согревают ее плечи и шею, пока кисти не взметнуться выше, утопая в синеве прядей.
До умопомрачения приятно, когда ногти впиваются в корни волос, заставляя прежнюю надменность в улыбке смениться на блаженную и нежную.

Наклоняется ближе, тычась нос к носу, и из груди вырывается тихий смех.

Тянется, пока губы не сомкнуться, а языки не встретятся снова.
Не менее терпеливо и глубоко. Здесь нет нужды в резкости или грубости.
Всё обоюдно и излишне мягко. Руки замерли на затылке, вкушая вкус сладких губ, ранее дразнящих. Здесь так важна отдача и взаимность.
Нет места для спешки и соревнований.
А по завершению остаётся приятное послевкусие ...

— Ты всегда так отчаянно извиваешься в моих руках... — начала было Окетра, примыкая ближе и словно совсем не намекая продолжает, — а совсем недавно я вычитала очень интересную технику обездвиживания.

— К чему ты клонишь, — строя из себя дурочку задаётся вопросом Райя, но с первых её слов стало ясно, к чему именно она её подбивает.

— Но ты же не глупая девочка, Райя.
Мне нужно только твоё согласие, — мурлыкала было женщина, продолжая скользить руками по талии, почти доводя их до поясницы.

— Конечно, конечно... Я вся твоя, — расплываясь в нежной улыбке, она сдаётся.