Фенячьи бредни. [18+] on Telegram: “Ревность — ещё одна причина для раздора. Дискусс…”

Ревность — ещё одна причина для раздора.

Дискуссии и извечные вздоры преследовали их с первых минут знакомства и будут преследовать до самой смерти.

Ежедневно возникают поводы для подозрений, создавая дискомфорт для обеих. Аманда крайне беспокойна и очень осторожна. Ей всегда нужно быть в курсе всех событий. Её тревожит, когда она не может знать наверняка, чем именно занята Линн.

Линн, как правило, шла на уступки Аманде: постоянные звонки, сообщения и даже отправка геолокации. Однако такое недоверие тяготило ее. Вряд ли кому-то понравится, когда партнер ежедневно требует детальный отчет о планах, включая рабочие смены.

Иногда случался игнор. Он никогда не приводил ни к чему хорошему.

Любая попытка Линн оспорить своё личное пространство не всегда заканчивалась благосклонно.

Один из немногих вариантов развития событий — ссора.

Другой — молчание и полное принятие ситуации.

Иногда даже Янг способна осознать, что её действия действительно могут быть излишними и даже слишком резкими.

Первое время, разумеется, Линн была максимально осторожна с Амандой и не позволяла ей даже думать о том, что она вдруг вздумает ей изменить.

Но время шло. Нервы иссякли, и впредь любые попытки Янг вымолить у Линн хотя бы слово о её досуге вне дома были отклонены в грубой форме.

Справляться со своей тревожностью окончательно помогали только крайние меры.

Крайняя мера Аманды — самоповреждение.

Когда эмоции захлёстывали, а нарастающая тревога выливалась через край, для неё не было чем-то дурным избить первую попавшуюся стену или любой другой достаточно крепкий предмет наподобие стола. Эта привычка могла перейти границы здравости и зайти куда дальше.

Аманде точно нельзя доверять холодное оружие и всё, что могло располосовать её кожу.

А Линн перестала пытаться что-то с этим делать. Она никогда не могла повлиять. Все попытки поговорить об этом заканчивались однотипно. Аманда избегала таких разговоров и всегда молчала.

Линн это поняла, наверное, после пятой попытки привести полубессознательную в чувство.

В последнее время никто не пытался говорить на эту тему.

Безусловно, тревожное состояние Аманды активно подавляется медикаментозно. Она принимает снотворные, седативные препараты и даже антидепрессанты. Линн тоже не отказывается от помощи лекарств, и хотя у неё не было проблем со сном, антидепрессанты стали для неё привычным способом справляться с особенно трудными этапами их отношений.

Каждый визит к психотерапевту заканчивался одинаковым советом: "Вам следует разорвать эти отношения и начать новую жизнь".

Но если Линн бросит Аманду, кто будет нести ответственность, если та покончит с собой?

ㅤㅤㅤ Может быть, вы, доктор?