Фенячьи бредни. [18+] on Telegram: “Слов не вымолвить. Дэнниэль, парализованный собс…”

Слов не вымолвить. Дэнниэль, парализованный собственным страхом, сидел как вкопанный. Взгляд устремлён на силуэт.
Голова невольно наклоняется вбок, и он бездумно копирует простое, но удивительное движение женщины, вызывающее у него боль.
Они долго и внимательно изучают друг друга. На её губах исчезает отталкивающая улыбка, когда она понимает, насколько сильно юноша потрясён и напуган.
В груди кольнуло, но план не допускал изменений.

Играть — так до конца.

Их переглядки обрывает иная фигура.
Более крупная и массивная. Угрожающе приближается, без особых усилий толкая стоящую в плечо. Она пошатнулась и, почти путаясь в собственных ногах, всё же уступает дорогу. Поморщившись и нахмурившись, она молчит и смиренно касается стоящей неподалёку столешницы, заставляя сердце забиться быстрее.

Сдалась так легко! Это осознание далось жутко.

Теперь взгляд переключается с удаляющейся женской фигуры на более крупную цель. Даже так он её узнаёт.
Узнаёт этот презрительный, насмешливый взгляд острых, но в какие-то моменты завораживающих голубых глаз. Мужчина, не произнося ни слова, держит в руках проигрыватель и начинает перематывать запись на самое начало. В воздухе звучит отчётливо и пробивающе до дрожи:

"Здравствуй, Дэнниэль.
Ты стал неотъемлемой частью нашей жизни, в тебе скрывается огромный потенциал, и сегодняшнее испытание раскроет его полностью. Держись за тех, кто поддерживал тебя, и ты обязательно останешься целым.
Доверься своему сердцу и отпусти то, что считал жизнью."

Запись оборвалась, а судьба была предрешена.

Рвотный позыв снова накатывает на парня, и на этот раз его не удаётся сдержать. Его тошнит. Сгорбившись и наклонившись вбок, он закашлялся и, отплёвываясь, потерпел очередное поражение. Рвотная масса растекается по полу, а вязкая слюна только грязнит его.
На мгновение его охватывает такая слабость, что если бы не хватка за плечо, он мог бы почувствовать щекой собственный уже переваренный завтрак. Крепкое давление на плечо не позволяет ему упасть, внезапно заставляя встать на ноги, не готовые к сопротивлению.

В этот же миг плечи обнимают и сжимают так сильно, что у парня не остается иного выхода, как лишь невольно всхлипнуть.
На это действие следует насмешливое цоканье языком и вздох, полный томления, который словно обжигает шею.
Эта манера была присуща лишь одной:
Аманде.

К самой сути испытаний они подошли только сейчас. Теперь Дэнниэль, наконец, замечает на столе в метре от себя худощавую, почти иссохшую фигуру мужчины.

Его взгляд движется дальше, исследуя пространство в поисках дальнейшей ясности. У головы жертвы вонзен тесак, находившийся всего в сантиметре от несчастного. Это зрелище не вызывало ничего, кроме неподдельного ужаса. После тщательного осмотра он, наконец, заметил чудо техники. Огромная мясорубка, явно предназначенная для переработки крупного скота, органически вписалась в обстановку, расположенная на краю стола с противоположной стороны.

— Смотри внимательно. Повторять не будем, — неожиданно раздается спокойный и непринужденный, но холодящий до мурашек голос из тени.

Лоуренс вступает в игру.