18+
Фикрайтер:
— Фикбук: https://ficbook.net/authors/186463
— АО3: https://archiveofourown.gay/users/geronimoriver
Post #2557
213
#story | #skktober #скктобер
Патруль с самого начала шёл неважно.
Во-первых, Чуя забыл изготовить дополнительную паутину для веб-шутеров, потому как вернулся прошлой ночью под утро и проспал всё на свете. Во-вторых, проклятый дождь терроризирует Нью-Йорк уже который день, а он до сих пор не смог найти времени разобраться с тем, как улучшить сцепление паутины с мокрыми поверхностями, поэтому приходится концентрироваться на полётах больше, чем обычно. Это выматывает. В-третьих, в такие дни, когда все предпочитают прятаться дома и кутаться в пледы, преступность начинает копошиться активнее, словно стая тараканов, разогнанная внезапно включенным светом на кухне. Так что Чуя уже порядком подустал летать туда-сюда и делать за полицейских их работу. У него вообще иногда было ощущение, будто копы слишком расслабились, полагаясь на помощь Человека-паука.
В-четвёртых, будто этого всего было мало…
Телефон, надёжно прикреплённый к лодыжке, разразился трелью, оповещающей о какой-то новой подозрительной активности. Чуя перелетел через улицу и приземлился на краю крыши, достав телефон. Читая сводку, он склонил голову вбок. Очевидцы сообщают, будто в Адской кухне в районе печально известного стриптиз-клуба, под видом которого базировалась торговая точка с оружием и наркотиками, слышали стрельбу и… ещё кто-то скакал верхом на лошади с базукой, из которой, словно пиньяты, сыпались остатки конфетти?..
— Твою ж мать, — вздохнул Чуя, убирая телефон на место и мысленно рассчитывая наилучшую и самую быструю траекторию полёта из Бруклина в Манхэттен. — Только идиота этого не хватало.
Да лучше бы Мистерио восстал из мёртвых, и всё это дерьмо было очередной иллюзией, чем пришлось бы снова видеться с ним.
***
Дазай вскинул пистолет, взяв на мушку последнюю жертву на сегодня. Можно было бы и отпустить этого бедолагу — в конце концов, заказ он выполнил ещё пятнадцать минут назад, когда на полном ходу метнул катану в башку своей цели, скача верхом на лошади. Откуда в Адской кухне лошадь, спросите вы?
Что ж, дорогие читатели, придётся поверить на слово, поскольку автор этого рассказа оказался ограничен в объёмах текста. Дазай мог бы и сам придумать обоснуй этому сюжетному ходу, однако он уже порядком устал возиться с этими барыгами и с нетерпением в трепещущих чреслах ждал, когда же на переполох явится его принцесса в красно-синем трико.
Перед тем, как выпустить пулю, он лениво приподнял край красной маски и поморщился, выплёвывая непонятно как попавшие в рот остатки конфетти. Этому тоже придётся поверить на слово, потому что до прибытия Паучка оставалось три, два, один…
— Дэдпул! — раздалось знакомо за спиной, а пистолет, что так и не сумел выпустить пулю в лоб последнему свидетелю кровавой бойни, отлетел в стену, прилепившись к кирпичной кладке крепкой паутиной.
— А вот и она, моя принцесса… — хмыкнул Дазай, вновь натягивая маску на подбородок. Негоже Паучку видеть это изуродованное лицо, он ведь ещё собирался как следует потрепать ему нервы, срывая патрули членистоногого и «негуманно» выполняя заказы на убийства. — Что-то ты припозднился сегодня, неужто туфельку по дороге потерял, а?
Дазай окончательно остыл к сжавшемуся в подворотне мужику, который, кажется, не до конца понимал, что ему только что спасли жизнь. Фу, ну и скукотища. Неужели, чтобы заполучить в свои руки соблазнительную паучью задницу, ему и вправду придётся перестать убивать людей? Хотя… такая перспективка ему уж точно не светила, с его-то изуродованной рожей и телом.
Но, хэй, разве нельзя помечтать?
Человек-паук выпустил обойму паутины в трепыхающегося мужика, приклеив того к стене, и спрыгнул в переулок, оглядываясь по сторонам и оценивая обстановку. Забавно, что он даже не спросил, кто этот человек, только что бывший на прицеле, и что он сделал — Дазай уже знал: после нескольких минут препираний Паук вызовет полицию и оставит его на милость правоохранительных органов. А тот выйдет на свободу через пару-тройку дней, ведь его крыша это позволяет.
Сомнительное выходило геройство, но не ему, мерзкому убийце и наёмнику, учить чистюлю-паучка жизни.
— Туфельку? — запоздало отреагировал Человек-паук, оторвав взгляд от трёх тел в углу переулка, изобразивших принеприятнейшее месиво. Дождь быстренько размывал щедро хлещущую кровь по асфальту, смешиваясь с намокшими остатками конфетти. У одного из убитых — что как раз и был целью — Дазай с помощью катаны отпилил кисть с перстнем и собирался предъявить заказчику. В качестве доказательства. Трофея. Трофей уже лежал в рюкзаке и пропитывал своей кровью недавно купленный тако… Эх, придётся выкинуть. Или?.. — Что ты… какого хрена?!
— Работаю, крошка, — пожал плечами Дазай. Он бросил взгляд на свой пистолет, присобаченный паутиной к стене, прекрасно зная: с пушкой придётся попрощаться, потому что он не намерен ждать два часа, пока растворится эта хрень. Были прецеденты уже. Хорошо, что оставалась вторая пушка, надёжно спрятанная в кобуре на ремне костюма. — Слушай, давай-ка ты избавишь меня от своих нравоучений хотя бы сегодня, а? Я что-то подустал, давно не приходилось скакать на лошади посреди Манхеттена в погоне за тачкой…
— Заткнись! — рявнул Паук, медленно опускаясь на корточки перед телами. Дазай прискорбно вздохнул, понимая: избежать нравоучений не удастся. Примерно пару-тройку дней членистоногое чудо будет игнорировать СМС-ки, удирать на паутине после вовсе не случайной встречи, а потом, спустя неделю-две вновь отойдёт, справедливо рассудив своей умной головкой, что пытаться «исправить» наёмника — самая бесполезная идея на свете. Паук тем временем приподнял маску, чтобы глотнуть ртом влажного прохладного дождливого воздуха. — Неужели… неужели тебе нравится… это? — спросил он, брезгливо кривя рот и оглядывая инсталляцию из тел. — Почему нельзя как-то по-другому, Пул?
— А что ты предлагаешь? — равнодушно спросил Дазай. Он впился взглядом в кусочек бледной кожи, ярко выделяющийся на фоне красного спандекса. Губы Паучка не были тонкими или полными, они были… обычными, однако невообразимо манили подойти ближе и рассмотреть. Может быть, даже потрогать. Вряд ли ему разрешат когда-нибудь, упаси боже, коснуться их своими. Хотя в своих жалких мечтах и даже снах Дазай делал не только это. Однажды он проснулся посреди ночи в собственной сперме от сна, в котором Паучок назвал ему самое драгоценное — своё настоящее имя. И теперь эта тайна преследовала его повсюду, как какое-то дерьмовое наваждение. — Что ты предлагаешь, принцесса? — повторил он, отчего Паук вздрогнул, поднялся на ноги и натянул маску обратно на подбородок. Вот и всё, представление окончено. Конец известен обоим. — Ловить преступников, доставлять их в участок, чтобы за них потом вносили залог, и так по кругу? Ах, да! — Дазай щёлкнул пальцами. — Дело вовсе не в преступниках ведь, а, малыш? Дело-то в тебе. Ты делаешь это не ради их никчёмных сохранённых жизней, ты делаешь это ради себя. Чтобы ты чувствовал себя лучше. Весь такой пра-а-авильный, такой чистенький, ни капли крови, ни сантиметра в ж… кхм, хотя, кто знает? — Он покачал головой, отворачиваясь от Паука, и прошагал к рюкзаку, уже насквозь пропитанному кровью. Надо было взять какой-то пакет. Дебил ты, Дазай. — Короче, всё, давай… доставь этого мужика в участок, — сказал он, махнув головой в сторону бедолаги, который вдруг вздрогнул, когда о его существовании вспомнили, — с фанфарами, перевяжи бантиком ещё, получи от офицера печеньку с шоколадом или как там это у тебя обычно случается…
Дазай не успел договорить, потому как его резко впечатали в стену, заставив проехаться лицом в маске по кирпичу. Боль от содранной кожи лица была ничем по сравнению с тем, что ему порой приходилось испытывать. Щекотка, не более. Он попытался резко заехать ногой по щиколотке Паука, стоявшего сзади, но идеальные рефлексы некстати делали соперника практически неуловимым.
И вот, снова она — блядская паутина, приклеившая его торс к стене.
— Нет, ты меня послушаешь, — с нажимом и каким-то необъяснимым жаром припечатал Паук. — Чёрт, долбанные запасы, — пробормотал он под нос, отходя в сторону и, судя по знакомым звукам, его веб-шутеры только что опустели.
продолжение в комментариях
человек-паук ау
Патруль с самого начала шёл неважно.
Во-первых, Чуя забыл изготовить дополнительную паутину для веб-шутеров, потому как вернулся прошлой ночью под утро и проспал всё на свете. Во-вторых, проклятый дождь терроризирует Нью-Йорк уже который день, а он до сих пор не смог найти времени разобраться с тем, как улучшить сцепление паутины с мокрыми поверхностями, поэтому приходится концентрироваться на полётах больше, чем обычно. Это выматывает. В-третьих, в такие дни, когда все предпочитают прятаться дома и кутаться в пледы, преступность начинает копошиться активнее, словно стая тараканов, разогнанная внезапно включенным светом на кухне. Так что Чуя уже порядком подустал летать туда-сюда и делать за полицейских их работу. У него вообще иногда было ощущение, будто копы слишком расслабились, полагаясь на помощь Человека-паука.
В-четвёртых, будто этого всего было мало…
Телефон, надёжно прикреплённый к лодыжке, разразился трелью, оповещающей о какой-то новой подозрительной активности. Чуя перелетел через улицу и приземлился на краю крыши, достав телефон. Читая сводку, он склонил голову вбок. Очевидцы сообщают, будто в Адской кухне в районе печально известного стриптиз-клуба, под видом которого базировалась торговая точка с оружием и наркотиками, слышали стрельбу и… ещё кто-то скакал верхом на лошади с базукой, из которой, словно пиньяты, сыпались остатки конфетти?..
— Твою ж мать, — вздохнул Чуя, убирая телефон на место и мысленно рассчитывая наилучшую и самую быструю траекторию полёта из Бруклина в Манхэттен. — Только идиота этого не хватало.
Да лучше бы Мистерио восстал из мёртвых, и всё это дерьмо было очередной иллюзией, чем пришлось бы снова видеться с ним.
***
Дазай вскинул пистолет, взяв на мушку последнюю жертву на сегодня. Можно было бы и отпустить этого бедолагу — в конце концов, заказ он выполнил ещё пятнадцать минут назад, когда на полном ходу метнул катану в башку своей цели, скача верхом на лошади. Откуда в Адской кухне лошадь, спросите вы?
Что ж, дорогие читатели, придётся поверить на слово, поскольку автор этого рассказа оказался ограничен в объёмах текста. Дазай мог бы и сам придумать обоснуй этому сюжетному ходу, однако он уже порядком устал возиться с этими барыгами и с нетерпением в трепещущих чреслах ждал, когда же на переполох явится его принцесса в красно-синем трико.
Перед тем, как выпустить пулю, он лениво приподнял край красной маски и поморщился, выплёвывая непонятно как попавшие в рот остатки конфетти. Этому тоже придётся поверить на слово, потому что до прибытия Паучка оставалось три, два, один…
— Дэдпул! — раздалось знакомо за спиной, а пистолет, что так и не сумел выпустить пулю в лоб последнему свидетелю кровавой бойни, отлетел в стену, прилепившись к кирпичной кладке крепкой паутиной.
— А вот и она, моя принцесса… — хмыкнул Дазай, вновь натягивая маску на подбородок. Негоже Паучку видеть это изуродованное лицо, он ведь ещё собирался как следует потрепать ему нервы, срывая патрули членистоногого и «негуманно» выполняя заказы на убийства. — Что-то ты припозднился сегодня, неужто туфельку по дороге потерял, а?
Дазай окончательно остыл к сжавшемуся в подворотне мужику, который, кажется, не до конца понимал, что ему только что спасли жизнь. Фу, ну и скукотища. Неужели, чтобы заполучить в свои руки соблазнительную паучью задницу, ему и вправду придётся перестать убивать людей? Хотя… такая перспективка ему уж точно не светила, с его-то изуродованной рожей и телом.
Но, хэй, разве нельзя помечтать?
Человек-паук выпустил обойму паутины в трепыхающегося мужика, приклеив того к стене, и спрыгнул в переулок, оглядываясь по сторонам и оценивая обстановку. Забавно, что он даже не спросил, кто этот человек, только что бывший на прицеле, и что он сделал — Дазай уже знал: после нескольких минут препираний Паук вызовет полицию и оставит его на милость правоохранительных органов. А тот выйдет на свободу через пару-тройку дней, ведь его крыша это позволяет.
Сомнительное выходило геройство, но не ему, мерзкому убийце и наёмнику, учить чистюлю-паучка жизни.
— Туфельку? — запоздало отреагировал Человек-паук, оторвав взгляд от трёх тел в углу переулка, изобразивших принеприятнейшее месиво. Дождь быстренько размывал щедро хлещущую кровь по асфальту, смешиваясь с намокшими остатками конфетти. У одного из убитых — что как раз и был целью — Дазай с помощью катаны отпилил кисть с перстнем и собирался предъявить заказчику. В качестве доказательства. Трофея. Трофей уже лежал в рюкзаке и пропитывал своей кровью недавно купленный тако… Эх, придётся выкинуть. Или?.. — Что ты… какого хрена?!
— Работаю, крошка, — пожал плечами Дазай. Он бросил взгляд на свой пистолет, присобаченный паутиной к стене, прекрасно зная: с пушкой придётся попрощаться, потому что он не намерен ждать два часа, пока растворится эта хрень. Были прецеденты уже. Хорошо, что оставалась вторая пушка, надёжно спрятанная в кобуре на ремне костюма. — Слушай, давай-ка ты избавишь меня от своих нравоучений хотя бы сегодня, а? Я что-то подустал, давно не приходилось скакать на лошади посреди Манхеттена в погоне за тачкой…
— Заткнись! — рявнул Паук, медленно опускаясь на корточки перед телами. Дазай прискорбно вздохнул, понимая: избежать нравоучений не удастся. Примерно пару-тройку дней членистоногое чудо будет игнорировать СМС-ки, удирать на паутине после вовсе не случайной встречи, а потом, спустя неделю-две вновь отойдёт, справедливо рассудив своей умной головкой, что пытаться «исправить» наёмника — самая бесполезная идея на свете. Паук тем временем приподнял маску, чтобы глотнуть ртом влажного прохладного дождливого воздуха. — Неужели… неужели тебе нравится… это? — спросил он, брезгливо кривя рот и оглядывая инсталляцию из тел. — Почему нельзя как-то по-другому, Пул?
— А что ты предлагаешь? — равнодушно спросил Дазай. Он впился взглядом в кусочек бледной кожи, ярко выделяющийся на фоне красного спандекса. Губы Паучка не были тонкими или полными, они были… обычными, однако невообразимо манили подойти ближе и рассмотреть. Может быть, даже потрогать. Вряд ли ему разрешат когда-нибудь, упаси боже, коснуться их своими. Хотя в своих жалких мечтах и даже снах Дазай делал не только это. Однажды он проснулся посреди ночи в собственной сперме от сна, в котором Паучок назвал ему самое драгоценное — своё настоящее имя. И теперь эта тайна преследовала его повсюду, как какое-то дерьмовое наваждение. — Что ты предлагаешь, принцесса? — повторил он, отчего Паук вздрогнул, поднялся на ноги и натянул маску обратно на подбородок. Вот и всё, представление окончено. Конец известен обоим. — Ловить преступников, доставлять их в участок, чтобы за них потом вносили залог, и так по кругу? Ах, да! — Дазай щёлкнул пальцами. — Дело вовсе не в преступниках ведь, а, малыш? Дело-то в тебе. Ты делаешь это не ради их никчёмных сохранённых жизней, ты делаешь это ради себя. Чтобы ты чувствовал себя лучше. Весь такой пра-а-авильный, такой чистенький, ни капли крови, ни сантиметра в ж… кхм, хотя, кто знает? — Он покачал головой, отворачиваясь от Паука, и прошагал к рюкзаку, уже насквозь пропитанному кровью. Надо было взять какой-то пакет. Дебил ты, Дазай. — Короче, всё, давай… доставь этого мужика в участок, — сказал он, махнув головой в сторону бедолаги, который вдруг вздрогнул, когда о его существовании вспомнили, — с фанфарами, перевяжи бантиком ещё, получи от офицера печеньку с шоколадом или как там это у тебя обычно случается…
Дазай не успел договорить, потому как его резко впечатали в стену, заставив проехаться лицом в маске по кирпичу. Боль от содранной кожи лица была ничем по сравнению с тем, что ему порой приходилось испытывать. Щекотка, не более. Он попытался резко заехать ногой по щиколотке Паука, стоявшего сзади, но идеальные рефлексы некстати делали соперника практически неуловимым.
И вот, снова она — блядская паутина, приклеившая его торс к стене.
— Нет, ты меня послушаешь, — с нажимом и каким-то необъяснимым жаром припечатал Паук. — Чёрт, долбанные запасы, — пробормотал он под нос, отходя в сторону и, судя по знакомым звукам, его веб-шутеры только что опустели.
продолжение в комментариях
