— Детектив Хван, — обреченно произносит Минхо, уже почти смирившись внутри с тем, что не сможет приобщить улики к делу. Опять. Чертов Хван Хенджин! — Пришел ответ из лаборатории. Только не говори, что ты опять забыл про перчатки.
Губы Хенджина приоткрываются, брови взлетают вверх, а затем на красивом лице появляется виноватое выражение.
— Но я так торопился показать вам... — начинает он, но Минхо его обрывает:
— Что у тебя за спиной? — Хенджин достает из-за спины одинокую розу и стаканчик кофе, протягивая их Минхо как подношение. Капрал Ли фыркает, игнорируя цветок, но кофе принимает. — Прекрати ошибаться, я же знаю, ты не глупый. Еще немного, и я поверю, что ты пытаешься развалить дело против Банов. Ты все еще тут только потому, что у меня с комиссаром Хваном теплые отношения. Уяснил?
— Да... — понуро отвечает он. Минхо не думает, что Хенджин действительно может работать на Банов — он помнит того еще мальчишкой. Хенджин всегда немного витал в облаках, много рисовал, пел и танцевал. Ему не место в полиции, и Минхо это прекрасно понимает.
Хенджин слишком красив, причем такой красотой, которая встречается невероятно редко. Его хитрые глаза, широкие брови, пухлые блестящие губы... Минхо одергивает себя.
— Хван?
— Так точно, сэр!
Это делает Минхо еще хуже. Чертов Хван Хенджин.
Или AU, в которой Хенджин определенно не глупый. И у него, в отличие от капрала Ли, с Хван Сокджином отвратительные отношения. Отец никогда не приходил на его театральные выступления и не спрашивал, как у него дела. Может, Хенджин и не работает на Банов — но это только пока. Он ждет предложения. По крайней мере до тех пор, пока Минхо отвергает его ухаживания.Интересно, с кем он наладит контакт раньше?
