Вчера посмотрела мультфильм «Непокой»
Это сюрреалистическая притча о том, как двое друзей останавливаются на ночь в придорожном отеле и обнаруживают, что уехать оттуда невозможно. Дебютная полнометражная работа Леонида Шмелькова. Дальше спойлерить не буду, затрону только эмоциональную часть.
Должна сказать, что я испытала эстетическое наслаждение от визуального стиля, тёплую ностальгию по миру анимации, которому посвятила 6 лет во ВГИКе. Мне очень понравились персонажи, локации, композиция, цвет и даже техника исполнения, несмотря на то, что нас приучали относиться к ротоскопингу по-снобски.
Я не питала особых надежд получить удовольствие от этого крипового мира с отталкивающими, на первый взгляд, героями. Думала, будет нечто неприятное, по типу «Его жена курица» и готовилась получить порцию артхаусной рефлексии ради рефлексии. Но, к своему удивлению, несмотря на достаточно высокий градус абсурда, я не заскучала ни на секунду и пыталась успевать осмысливать все обрывки многозначительных фраз, узнаваемых образов и отсылок.
А музыкальное сопровождение и звукорежиссура стали сочной вишенкой на торте: от абстрактного дарк-джаза до больной недоношенной постсоветской электроники.
Можно часами обсуждать образы и метафоры, которые предложили нам режиссёр и его команда, но хочу остановиться на одной из идей фильма, которая, кажется, близка всем. Главный герой однажды произносит что-то вроде: «Когда хочу — не могу. А когда могу — не хочу».
И лейтмотивом проносится в разных кусочках истории эта мысль. Не претендую на то, что именно это закладывалось в фильм, но об этом я думала ещё долго после просмотра.
Мы хотим чего-то ровно до момента, пока это желание не потеряет своё сопротивление. И как только внешнее сопротивление исчезает — появляется внутреннее. Часто, когда возможность получить желаемое наконец становится реальной, само желание пропадает. Потому что мы хотим сам путь? Или просто не понимаем, чего хотим и в чём нуждаемся на самом деле?
Главный герой будто хочет вернуться домой, к прежней жизни, но одновременно понимает, что она так и будет заключать в себе всё, что его пугает и доставляет дискомфорт: движение, хаос, нестабильность, страх, страдания. Возможно, именно это отражают «бегуны», вызывающие у него отторжение и неприязнь, — символ внешнего мира, социальной массы, бесконечного движения.
С другой стороны, он видит возможность остаться в странном «придорожном отеле»: в стагнации, в бесконечном дне сурка, обездвиженном и вязком, но всё же размеренном. Хотя и там «покой» найти не удаётся.
Статус его желания постоянно трансформируется в зависимости от возможности его реализации.
Имеет ли смысл относиться к своим желаниям как к конечной цели или придавать им хоть какую-то значимость — вопрос остаётся открытым. Возможно, они даны нам, чтобы просто скоротать время, ведь большинство из них не приносит ожидаемого удовлетворения.
В буддийской философии есть мысль, что именно привязанность к желаемому результату порождает страдание. И, возможно, самое парадоксальное в желаниях — мы страдаем не только когда не можем их осуществить, но и когда наконец можем.
Абсурд и сюр хороши тем, что их смыслы формируют слоеный пирог, заигрывая с нашим подсознанием. И вот один из этих слоев, на мой взгляд. Одна из причин нашего постоянного «непокоя».
