А вот какие пути выделяет Кристофер М. Кокс, связанные с трудовой этикой, где его подход — это не просто «сказать, что работать ради денег плохо», а создать среду, где альтернативные, более гуманистические модели поведения становятся не только возможными, но и привлекательными.

Пересмотр базовых ценностей. Нужно культурно и идеологически подорвать ключевые постулаты капиталистической трудовой этики. Кокс опирается на акселерационистскую критику Н. Срничека и А. Уильямса: они указывают, что в культуре и логике капитализма сложилась установка, будто вознаграждение напрямую связано со «страданием», что зарплата, статус, доступ к благам напрямую обусловлены тяжёлым трудом, а преодоление тягот и несправедливостей эксплуатации — единственный путь к самореализации. Они называют это «квазирелигиозной» верой: мол, чтобы что-то получить, нужно сначала понести лишения, «отработать», выстрадать. В итоге Кокс формулирует задачу — показать, что личное и коллективное самоосуществление возможно и за пределами рынка, — через творчество, общение, участие в общих проектах.
Сокращение формальной рабочей недели. Это практический шаг, который физически освобождает время людей. Когда у человека появляется больше свободных часов, у него возникает пространство для деятельности вне рыночных отношений — для хобби, волонтёрства, участия в локальных сообществах. Это подрывает саму идею, что работа должна занимать львиную долю жизни и быть главным источником идентичности.
Акцент на коллективности. Кокс предлагает выстраивать социальную гармонию через коллективные практики. Идея в том, чтобы ценности взаимопомощи, общего дела и солидарности стали нормой и были встроены не только в общественные институты, но и в саму логику разработки и использования автоматизированных технологий. Т.е. технологии не просто «освобождают» человека индивидуально, а становятся инструментом для общих, коллективных целей. Напомним, что Кокс предлагает видеть в людях и автоматизированных технологиях не противников, а потенциальных союзников в борьбе против капитала. Если удастся преодолеть установку «труд = страдание, а награда без труда - это плохо», то можно построить солидарность: люди делегируют машинам рутину и вычисления, а сами фокусируются на творчестве, этике и стратегических решениях.
Работа с гендерными стереотипами. В списке задач отдельно упоминается разрыв гендерно обусловленных ассоциаций с домашним трудом. Часто неоплачиваемый домашний труд (уход, воспитание, быт) воспринимается как «естественная» обязанность определённых групп, что подпитывает общую трудовую этику, где ценность труда измеряется рынком. Кокс призывает осознанно переосмыслить и деконструировать эти стереотипы.

Не забываем, что он выделяет ещё два «императива» для переходя к «полностью автоматизированному цифровому социализму», помимо реформы трудовой этики: централизацию экономического планирования и внедрение системы базовых социальных услуг (чтобы экономическая безопасность человека не зависела от наличия оплачиваемой работы), которые перестают рассматриваться как несправедливо приобретённые, как «награда без труда». Именно сочетание культурных изменений с такими институциональными сдвигами и создаёт условия для подлинного разрыва с капитализмом.

В итоге, суть новаций Кокса в том, чтобы одновременно менять ценности в головах людей и создавать реальные институциональные условия, которые сделают старую логику капиталистической работы бессмысленной или невозможной. И его «человеко-машинная автономия» — это как раз попытка выстроить новую, некапиталистическую логику, где ценность определяется не «страданием», не одним только тяжёлым трудом, а совместным творчеством людей, опирающихся на автоматизированные технологии и признающих их равноправными участниками цифровой социалистической перспективы.
 
#ЧырвоныДудар