Сегодня еще одная важная точка - День писателя.

Писательская (в древности, конечно, поэтическая) мания - одержимость одна из самых страшных и самых божественных, исходящая прямо из той точки, перед которой не властны даже боги, - из глубин Эроса. Силы, которая держит собой весь Космос. В конце концов, в начале было Слово.

Именно этот самый первоначальный Логос заделал все наше с вами Бытие. И так получилось, что и в дальнейшем именно словом творился мир - созидался, формировался, распалялся, расширялся, прописывался и ограничивался. Господь - наш первейший эпод, первый писатель и - первый программист.

Я, например, писала с детства. У меня до сих пор сохранились все мои тетради с первыми историями и сюжетами - придуманными и не очень. Где-то что-то уже реализовались, где-то еще нет. Я не издала и не опубликовала пока еще ни одного романа, ни одной печатной книги, хотя реализовала многие из написанных самой собой сюжетов. и многие мои тексты давным-давно уже растасканы на народный интернет-фольклор.

Когда-то я очень печалилась, что мои слова, так любовно подобранные, и мои - так любовно сотканные - тонкие текстовые полотна дербанят на подстилки, но потом перестала. Писатель - он писатель не потому, что пишет. А потому, что Логосом - и через Логос - формирует пространство, реальность, миф, структуру; и все это живет потом само по себе и само в себе (даже если оно не высказанное вслух, не проговоренное, а лишь где-то в голове, на ментале - смутно отпечатанное).

И, конечно, самое важное. Каждый настоящий писатель пишет сквозь через любовь и страсть. Он горит и просто не может не писать. Потому что писательство - это Эрос, прорывающийся через слова (знаки, буквы, символы).

Как говорит мой знакомый пластический хирург, лучшая пластическая операция - это та, которая не случилась. Так и здесь: лучший писатель - тот, кто никогда им не стал. Избегайте этого по возможности.

***
Чезаре Ломброзо (“Гениальность и помешательство”) о писателях:

.. мания писательства не есть только своего рода психиатрический курьез, но прямо особая форма душевной болезни, и что одержимые ею субъекты, по-видимому, совершенно нормальные, являются тем более опасными членами общества, что сразу в них трудно заметить психическое расстройство, а между тем они бывают способны на крайний фанатизм и, подобно религиозным маньякам, могут вызывать даже исторические перевороты в жизни народов.

Демокрит же прямо говорил,
что не считает истинным поэтом человека, находящегося в здравом уме. Excludit sanos, Helicones poetas.

(с) @chaoss_flame