У всех нас свои отношения с Божественным.

Мне - в связи с этим вопросом - импонирует противоречивая теория Грофа о матрицах рождения, в которой он постулирует идею о раскрытии человеческого сознания уже в перинатальный период (внутриутробно и роды). И этот процесс накладывает отпечаток на всю дальнейшую жизнь - поведение, личный миф, фобии, любовь, отношение с Богом и даже трипы. Согласно этой теории, опять же, человек под лсд всегда трипует в пределах сюжета своей матрицы.

По Грофу у меня вторая матрица и, соответственно, отсюда же - мои бесконечные претензии к Небу: “Боже, Боже, зачем ты меня оставил?”. Справедливости ради нужно сказать, что с опытом и с возрастом я начала понимать, что лучше не задавать такой вопрос, потому что когда ты понимаешь, что тебя все-таки не оставили… Ну это.. такое себе, очень специфическое переживание, сложно переносимое для всякой материальной сущности, - не зря же Он там все-таки “эш охла эш” (огонь, пожирающий любой другой огонь).

И вот опять же как вторую матрицу (материальный мир - тюрьма, Бог нас оставил, ответа нет, аж фонит гностицизмом), меня в этом дискурсе занимал феномен христианского смирения; смирения не выученного, вынужденного, вымученного, а смирения истинного, которое, скорее, ницшеанское amor fati - любовь к своей судьбе. Того самого смирения про “все будет правильно, на этом построен мир”.

Я люблю Баха. Очень люблю Баха. Если сложные отношения с Богом, всегда слушай Баха.
Личная история Иоганна Себастьяна Баха была безумно тяжелой - он потерял 11 детей. Сначала маленькую дочь и трех сыновей от первой жены; и жену - тоже, кстати. Затем, после женитьбы на Анне Магдалене, - еще четырех дочерей и трех сыновей. Примерно как Иов.

Но мало что так волнует человеческую душу, как Токката и Фуга. Ничто больше так не разрывало меня на части, как “Страсти по Матфею”, ничто так не опустошало и не петряхивало наизнанку.

Только благодаря Баху я начала понимать, что есть люди, через которых Господь говорит напрямую - не только математикой, но и музыкой. Музыкой, почти без изменений переданной для человеческого уха с высших сфер. Эти ноты как скальпелем сдирают с тебя слои человеческого, заставляя душу кровоточить и истекать слезами чистейшего, запредельного и почти невыносимого для человеческого существа восторга.

И у всех, в общем-то, кто вслушивается в музыку Баха, возникает вопрос: как, как вообще этот человек мог писать настолько прекрасные произведения после бесконечных потерь и слез, как он не ожесточился, не впал в отчаяние, не бросил вообще? Как он просто_продолжал?

И ответ здесь, видимо, как раз вот в этом феномене смирения, в бесконечной вере, которая идет из самых глубин души, которая ничем не может быть сокрушена. Часто свои произведения Бах начинал словами “Господи, помоги мне” и почти каждое заканчивал “Слава только Богу” (Soli Deo Gloria). Для него это была не столько музыка, или работа, или творчество, сколько - нескончаемая, беспрерывная, вечная молитва; постоянный диалог между ним и Богом.

***
… мы с ним вдвоём в этой комнате. И вот его музыка поднимает меня над моей болью, над моим эгоизмом. Бах, спасибо, живых друзей у меня нет…
(c) Ч. Буковски.

https://youtu.be/xPBneUNPHFA?si=B2inp89yDwEb-ipK