Парижская жизнь – это хмурым днем, когда небо стало жемчужно серым от близкого дождя и повсюду на террасках зажглись теплые фонарики, ты видишь за столиком сидящего в одиночестве Луи Гарреля, потеешь, внутри себя немного прыгаешь от восторга, а потом думаешь: «Что-то тут кофе на вид не очень, пойду лучше в нормальную кофейню». И уходишь в нормальную кофейню, потому что ты вообще-то доковыляла до центра именно для того, чтобы с подругой выпить хороший кофе (и понюхать духи, и купить холст!), а не для того, чтобы сидеть с Луи Гаррелем под накрапывающим дождем.

В последнее время я постоянно мечтаю о переезде в деревню и подзабыла, что Париж такой: живешь внутри исторической саги, внутри арт-хаусного кино, внутри гремящей протестами новостной ленты, внутри очередного Лакановского семинара, внутри известных на весь мир черно-белых снимков, внутри философской зауми и нескончаемой недели моды.
Так интересно наблюдать, как Париж дает шанс быть равной большому миру. Можешь сжаться, провалиться в свою маленьковость и никчемность, если хочешь — пожалуйста. Но если вдруг решишь иначе, то бьянвеню в нашу бурлящую реку, место найдется всем творцам, смельчакам и сумасшедшим.

Если бы не мой зов земли и деревни, то я бы осталась в Париже, выучила французский до с2, поступила бы на самый долгий и скучный курс в университет на психоанализ и сидела бы до ночи в библиотеках, похожих на резиденции алхимиков и масонов.