#nobleflower ( narcissa black & alice ollivander / longbottom ) 🔍 AU : sherlock bbc.
Она просыпается в холодном поту. Снова и снова. Снова и снова. Казалось бы: Война отпустила ее горло, разжала свои ледяные пальцы. Но она все равно оставила синяки. Глубокие, болезненные раны, что не переставали кровоточить, даже когда прошел год с момента выхода Алисы в отставку.
Жалкие гроши, выплачиваемые государством, довольно быстро заканчиваются. Алиса и правда расставалась с деньгами куда легче, чем следовало бы, но что ещё стоит ожидать от девушки, уже в столь юном возрасте повидавшей весь спектр насилия и боли, и приговоренной до конца жизни сгорать в собственных снах? Так или иначе, деньги начали заканчиваться, и Алисе в срочном порядке пришлось менять привычный уклад жизни. Так судьба и свела ее с Нарциссой Блэк.
— Меня зовут Алиса Олливандер, я бывшая военная докторка. Из плохих привычек — кричать по ночам и очень поздно начинать завтракать.
— Ну конечно, — насмешливо протягивает Нарцисса, а взгляд ее раскосых глаз сканирует Алису с ног до головы, — а ещё вы, несомненно, злоупотребляете алкоголем, имеете фантомные боли в плече и собираетесь тайком пронести в квартиру щенка бульдога, надеясь скрыть его от меня. Мы идеально подходим друг другу, вам осталось лишь взглянуть на квартиру. Бейкер-стрит 221Б, сегодня в восемь? — Она подмигивает и словно растворяется в воздухе. По крайней мере Алиса, сразу после того, как приходит в себя от шока, совершенно не может найти высокую фигуру девушки с длинными платиновыми волосами в толпе.
Она кричит-кричит-кричит. На ее глазах гибнут люди, а она никак не может им помочь. Хуже: как только она приближается к человеку, которого ещё можно было бы спасти, он падает уже навсегда. Остаётся лишь неподвижно замереть в центре поля и, захлёбываясь солёными слезами, смотреть на то, как алые реки крови впитываются в почву. И, конечно, каждый раз перед тем как проснуться, Алиса-из-сна чувствует, как под ее ногами взрывется мина. Она всегда чувствует облегчение на долю секунды, — наконец-то ее лишённая смысла, паршивая, отвратительная жизнь оборвется, — а потом резко садится в постели, задыхаясь от собственного крика и содрогаясь от крупной дрожи. В этот раз что-то иначе, но Алиса не может понять, что именно, пока не замечает глубокие голубые глаза, глядящие на нее из темноты. Алиса сосредотачивается на прохладных прикосновениях Нарциссы к ее правому плечу и медленно дышит через рот.
— Алиса, новое дело, мне нужна твоя помощь. Идёшь? — Спрашивает как ни в чем ни бывало Нарцисса, и Алиса окончательно приходит в себя.
— Конечно! Что, где, когда? — Тараторит она, поспешно вылезая из под одеяла и натягивая на себя шерстяные брюки.
Алиса лишь в такси понимает, что ее приступ длился не больше тридцати секунд. Тридцати секунд, когда как раньше они затягивались на долгие часы.
Совсем скоро приступы исчезли окончательно.
— Подай мне мой телефон, — Нарцисса лежит на диване, закинув свои длинные худые ноги на его спинку.
— Дорогуша, ты что-то перепутала: я твоя соседка по квартире, коллега в делах, подруга, но никак не личная прислуга, — беззлобно отвечает Алиса, не отрываясь от своего ноутбука.
— Подруга? Алиса, ты считаешь меня своей подругой?
Алиса подавляет настойчивое желание закатить глаза. Всегда высокомерная и отстраненная, Нарцисса становилась ужасно наивной и беззащитной, когда дело касалось людских взаимоотношений.
— Конечно, Нарцисса. Ты — моя лучшая подруга.
Может кто-то и говорит, что Нарцисса вовсе не похожа на кошку, но прямо сейчас сходства поразительны: она чуть ли не мурлычет, довольно склоняя голову на бок.