Особенности геймдизайна российских РПГ

В каждой области массовой культуры можно вычленить определённые паттерны, которых она придерживается, и нередко они привязаны к языку, на котором эти вещи делались. Это включает в себя и видеоигры — в конце концов, многие, например, способны легко отличить англоязычную РПГ от японской, даже игнорируя визуальный стиль, просто по тому, как игры построены.

Определённый почерк создания игр сложился в русскоязычном пространстве, когда какой-то характерный элемент сюжета или геймплея несоразмерно часто для того или иного рынка мелькал в контенте. Ярче всего он проявлялся в РПГ и играх с их обширными элементами, и речь в этой заметке пойдёт о вещах менее очевидных, чем желание сделать свой «Фоллаут» или «Ведьмак».

Во-первых, в качестве основы, очень характерная часть их почерка — это ситуация, когда главный герой оказывается своего рода перстом какого-либо начальства. Причём, в отличие от темы избранности, частой для большинства сюжетов мира в принципе (включая видеоигровые), в русскоязычных РПГ начальство, которое выдаёт миссию, выполняемую с немалой автономией, куда более буквально и менее абстрактно, хотя и почти не вмешивается в действия игрока.

Этот признак — один из самых часто встречающихся, будь игра одной из двух частей «Космических Рейнджеров», где формула вольного агента с огромными правами и самообеспечением была сформулирована очень чётко, известной в узких кругах тактической РПГ «7.62», где сюжет начинается и движется именно как выполнение изначально данного заказа (пусть игрок и волен выполнить его разными путями), и даже куда более, пусть и печально известные «Санитары Подземелий» придерживаются этого паттерна в том, как строят сюжет.

Второй признак — любовь к тому, чтобы завладеть и обустраивать какую-либо базу или её аналог, которую игрок и главный герой будут считать своим убежищем и опорой. Пусть этот признак встречается и несколько реже первого, но его присутствие совершенно несоразмерно по частоте появления в среднем по миру. При этом прослеживается любопытный момент: это также характерно и для японских РПГ, но другими путями. Там, где у русскоязычных привязка к материальному обустройству таких баз, японцы собирают в первую, а нередко и единственную очередь именно людей. В качестве примеров можно привести уже упомянутый выше «7.62» с его обустройством наемничьей базы, «Атом РПГ» — с его поселком «Красный боец», или «Корсары: Каждому своё» — с своей персональной колонией.

Третий признак, пусть и более характерный для литературы, чем для РПГ, но проникший и в них, — действие на фронтире с проявляющейся темой взаимодействия между цивилизацией и дикостью. Это касалось и серии «Корсаров» целиком, и такой серии космических тактических РПГ, как «Звёздные Волки», и даже «Мор. Утопия».

В каком-то смысле наиболее концентрированно дух русскоязычных РПГ сосредоточен в играх Owlcat Games, где все три признака встают в полный рост, и построение сюжета и мира к ним чётко привязано.

По сути, главной идеей, к которой всё сводится, можно считать именно автономию — как далёкую, но всё ещё существующую связь с чем-либо, где в сюжете всегда остаётся чёткое, кем-то поставленное направление, но с обустройством на месте и своим путём.

#Любинский
#Игры

Подписаться|Предложить пост