Традиция тащить в дом дерево под Новый год восходит напрямую к рождественскому дереву, превращающемуся в новогоднее с пришествием на наши земли большевизма (в этот момент вифлеемская восьмиконечная звезда на вершине ели заменилась на звезду смерти (шутка)). В свою очередь традиция рождественского дерева звучит не особо по-христиански, и уходит корнями куда-то в языческие традиции. Забавно, что германский праздник Йоль очень неплохо созвучен как раз таки с названием нашей ели, хотя современные языковеды отрицают их генетическое родство и связывают происхождение названия дерева с праславянским словом «edlь», то бишь «смола».

Хитрые торговцы зеленым деревом кроме ели перед новогодними праздниками могут вам всучить как ель, так и пихту или даже сосну. Если последняя довольно очевидно отличается тем, что хвоинки длинные и растут по несколько штучек из одной пупырки (по две, три или пять, в зависимости от вида, и, соответственно, вашего положения на карте). Ель и пихту отличить чуть сложнее. У пихты хвоинки мягкие, плоские и имеют две сизые полосочки, а у ели — толстые, темно-зеленые и охренительно острые, так что разница весьма ощутима именно во время украшения дерева. Шишки (навряд ли они будут на дереве, которое влезет в среднестатистическую квартиру) у ели висят вниз, а у пихты торчат вверх.

Вопреки словам известной песни (за авторством Зинаиды Александровой) маленькую елочку обычно домой не берут — возраст дерева, достигшего полутора метров в холке, может достигать 30 лет, в зависимости от класса бонитета. Заради прикола можно посчитать количество годовых колец на спиле внизу, предварительно зачистив его ножом для удобства. Так что не исключено, что дерево, радующее глаз у вас в гостиной, застало ЕЛЬцина (совпадение?) и умеет определять время по стрелочкам. Сосны при этом продаются сильно младше, и плодятся проще, но на вид менее сасные и вообще не тру.

На территории постсоветских стран широко распространены два вида ели — норвежская (Picea abies) и сибирская (Picea obovata). Это два очень близких вида, разделившихся, судя по всему, в начале последнего ледникового периода, и заселивших Евразию после ухода ледников, всего около 20 тыс лет назад. Граница расселения этих видов проходит чуть восточнее Урала, и в этой зоне ели активно гибридизуются, так что с очень высокой вероятностью можно сказать, что если вы живете в Екатеринбурге или Челябинске, то сейчас у вас в гостиной стоит плод союза европейской и сибирской популяций ели.

Любовь у елей происходит таким же образом, как и у всех голосемянных. Прикол в том, что шишка далеко не гомологична плодам нормальных деревьев. Плод — это видоизмененный растолстевший лист, с некоторыми оговорками, а шишка — это зачерствевший кусочек стебля, приобретший половые функции. Кстати, шишки бывают как мужские, так и женские, но если женские превращаются в красивые штуковины с семенами и украшают дерево почти весь год, то жизнь мужской шишки, образующейся на том же дереве весной, коротка и эфемерна, совсем как у многих из нас. В сухую погоду ученые рекомендуют немного потеребить мужские стробилы ели или других хвойных. В результате эксперимента, если все прошло гладко, шишка должна задымиться, распространяя мужские гаметы — пыльцу, несущую одну копию елового генетического материала (они гаплоидные).

В женской шишке, между чешуйками, живет заросток. Все клетки заростка гаплоидные, и одна из этих клеток — яйцеклетка, которая ждет, пока ветер не занесет к ней шальную пыльцу и не произойдет оплодотворение. С этого момента начинается жизнь диплоидного растения, несущего нормальный двойной набор хромосом, как у нас с вами и всех нормальных пацанов. Оно называется спорофит, и, соответственно, производит споры.