Об этом правиле русского языка вам никогда не рассказывали в школе. Однако вы всё равно его соблюдаете, чутко улавливая оттенки грамматики и смысла.
Со школьной скамьи мы помним, что падежи – это такая непонятная нудная штука, которая как-то связана с Иваном, самостоятельно родившим ребёнка. На самом деле, падежи – это попытка ученых обяснить и классифицировать сложнейшую систему, которая увязывает слова между собой. И не всегда это сделать легко.
Например есть слово «вода». Это именительный падеж, с ним всё просто – он называет предмет. Но когда мы с этим предметом что-нибудь делаем, то говорим уже не «вода», а «воду»: «превратил воду в вино», например. Это винительный падеж, он отвечает на вопросы «кого/что». А если вода сама что-то сделала, то тут вступает в силу творительный падеж: «он захлебнулся водой». Казалось бы всё ясно...
Но язык – штука живая, и это не мы указываем ему как себя вести, а он нам. Ну а мы в свою очередь пытаемся это как-то осмыслить. Так и с падежами. Вот у нас есть окончание У в винительном падеже. Но ведь мы можем сказать и «налил водЫ». Откуда это Ы? В винительном падеже таких окончаний отродясь не было. И можно было бы сказать «ну да, вот у конкретно этого слова в этом падеже бывает вот такое нестандартное окончание». Но стоп, стандартное же окончание тоже присутствует! Разве могут у одного и того же слова в одном и том же падеже быть два разных окончания? Абсурд какой-то. Это тогда вся классификация летит к чертям, ибо какой в ней смысл, если она не устанавливает взаимосвязей. К тому же мы не можем сказать «превратил воды‌ в вино», так не говорят. Но при этом оба варианта – «налил воду» и «налил воды» – вполне допустимы. Что вообще происходит?
Зато в родительном падеже, который отвечает на вопросы КОГО/ЧЕГО есть как раз эта самая Ы! Нет чего? – Воды. Так может это просто родительный падеж, который взял на себя функции винительного? Так-то родительный не отвечает за использование названного в качестве объекта, он больше по принадлежности (Ветка чего? – Дерева. Враги кого? – Цезаря). Но чего не сделаешь, если уж носителю языка приспичило! Загадка разгадана? А вот фиг.
Например вот слово «чай». В родительном падеже будет «чая»: в доме нет (кого/чего?) чаЯ. В винительном – «чай»: пошёл в магазин купил вкусный (кого/что?) чаЙ. А потом я пришёл с магазина, вскипятил воду и налил себе горячего (кого/чего/что???) чаЮ. Хоба. В родительном падеже окончание Я, в винительном – нулевое, а это вообще какой? Все остальные падежи тоже не подходят, если что. Поверьте мне на слово, если не хотите, чтобы я их все перечислял.
В школе, чтобы не морочить детишкам головы, об этих нюансах просто не говорят. Но если выйти за пределы упрощенных схем, то придется признать – это отдельный падеж. Просто встречается он очень редко, в особых случаях. Его называют партитивом – «частичным». Потому что мы используем его, когда указываем, что используем не весь объект целиком, а лишь часть его. Налить стакан (а не весь чайник) чаЮ. Положить в него ложку (а не всю сахарницу) сахарУ. Вы используете партитив в своей речи, даже не задумываясь об этом. Но используете в соответствии с этой логикой и строгой системой окончаний. Не удивительно ли?
Кстати, это в русском языке партитив – настолько редкое явление, что его даже не изучают в школах. У нас он охватывает какое-то довольно ничтожное число слов. А вот в финском, например, он один из основных. Пожалеем финнов, и не будем задумываться о том, сколько ещё таких скрытых падежей существует в русском языке. А вы думали он только один?
#лингвистика
#Хайдарова 👉 страница автора👈

🎓 CatScience 🎓

✍️ Предложить пост