«Министр по делам кита» Тиль Бакхаус рассказал об обстоятельствах смерти Тимми во время спасательной операции. Его немедленно обвинили в том, что он не говорит всей правды

Вы, конечно, не забыли печальную историю кита Тимми? С самого начала в ней было политическое измерение, и имя ему — Тиль Бакхаус, политик-рекордсмен, глава министерства окружающей среды Мекленбурга — Передней Померании с (!!!) 1998 года, к которому кит очень удачно подплыл за несколько месяцев до выборов. У социал-демократов, к которым принадлежит и Бакхаус, дела в Мекленбурге идут совсем не блестяще: «Альтернатива» лидирует не так подавляюще, как в Саксонии-Анхальт, но тоже вполне уверенно. Запрос на перемены очевидный. Мы рассказывали, как Бакхаус использовал эту историю на полную катушку: по его собственным словам, «смотрел киту в глаза», вступал с ним в «коммуникацию», получал сигналы, что животное «его принимает». Ну, и как после такого уволить ветерана-китолюба?

Конечно, это шоу нравилось далеко не всем. Журнал Spiegel еще в апреле, когда про судьбу Тимми было ничего особенно непонятно, выпустил большой текст, в котором назвал все это «дешевой мелодрамой» и не нашел для Бакхауса добрых слов. И теперь это же издание утверждает: только что министр исказил на пресс-конференции информацию о том, что случилось с китом после того, как его отправили в открытое море. Бакхаус в эту пятницу вышел к журналистам с картой передвижений животного, основанной на показателях с трекера на его теле, и заявил, что начиная со 2 мая, когда кита выпустили в свободное плавание, тот проделал путь в 215 километров, 5-го числа его скорость резко упала, но только 6-го или 7-го он умер. Обнаружили его у одного из датских островов, напомним, еще через десять дней.

Но журналисты Spiegel получили доступ к переписке между министерством Бакхауса и экспертами, которых чиновники просили проанализировать данные с передатчиков. И те пришли к выводу, что все эти 215 километров кит вполне мог дрейфовать уже мертвым, и нет оснований утверждать, что он действительно умер только 6 или 7 мая, а не раньше. Иными словами, так и непонятно, имела ли спасательная операция, за которой следила без преувеличения вся Германия, хоть какой-то смысл, были ли у животного хотя бы призрачные шансы.

Правда, когда финальная попытка только обсуждалась, критики упрекали ее организаторов и самого Бакхауса именно в том, что они не дают обреченному животному умереть спокойно. А если Тимми действительно скончался сразу или почти сразу, когда его отпустили, то смерть оказалась, по крайней мере, быстрой. В ведомстве настаивают: все, что Бакхаус сказал на пресс-конференции, — это что точную дату кончины Тимми назвать невозможно, а 6-7 мая — наиболее вероятный вариант. Министр обещает, что дополнительные данные с передатчика еще поступят в распоряжение ученых.