Интересно, что почти вся история разработки программного обеспечения — это попытка справиться с его главным свойством: софт слишком легко менять.
Построенный девятиэтажный дом никто не предложит раздвинуть посередине, чтобы вставить туда аквариум. А в программном продукте подобные просьбы возникают постоянно и часто звучат вполне разумно.
Именно поэтому появились архитектура, всякие SOLID, тесты и TDD, типизация, микросервисы, контроль версий, CI/CD, Agile и множество других практик. Весь этот сложный огород нужен потому, что каждое новое изменение должно сохранить всё, что уже работало ранее, и вносить новое с сохранением возможности новых изменений.
С приходом ИИ фундаментальная проблема никуда не исчезает. Софт остаётся аморфным, требования продолжают меняться, а прежнее поведение по-прежнему нужно воспроизводить в коде и дизайне со стопроцентной точностью. Только теперь изменения вносит ИИ-станок, у которого нет человеческой памяти о проекте, устойчивого фокуса и неявного понимания того, «почему здесь всё устроено именно так».
Поэтому, возможно, мы стоим не просто перед очередной сменой инструментов разработки. Нам предстоит заново изобрести сами паттерны работы с изменениями.
Прежние паттерны во многом были рассчитаны на «белкового» разработчика: на его ограничения, способы мышления, потерю контекста и необходимость координации с другими людьми. Новые паттерны должны описывать уже не поведение программиста, а поведение всей системы.
Как система фиксирует намерение?
Как отличает не допустимое изменение от допустимого?
Как доказывает, что сохранила прежние свойства?
Как восстанавливает контекст спустя тысячу итераций?
Как понимает, что именно нельзя ломать, даже если это нигде явно не записано?
Возможно, будущее разработки — это мир, в котором код постепенно перестаёт быть главным носителем смысла. На первый план выходят спецификации, ограничения, инварианты и проверяемые описания поведения.
Мы будем не столько объяснять машине, что нужно написать, сколько договариваться с ней о том, что должно оставаться истинным при любых последующих изменениях.
И, пожалуй, именно здесь сейчас формируется новая инженерная дисциплина: управление эволюцией систем, которые умеют переписывать самих себя.