Кому я должен, всех прощаю.

Графономика права в той части, что уютные кабинеты Financial Times совершенно не приспособлены для сколь-нибудь реалистичных прогнозов. Для этого на Западе существуют закрытые аналитические структуры, которые «считают» долгосрочные инвестиционные тренды.

У СМИ задачи совершенно иные – отрабатывать тему в коротком горизонте, чтобы «запереть» пользователей и вторичных игроков рынка в сиюминутной логике.

Сказанное выше относится к тезису FT о том, что растущее долговое бремя ограничивает возможности Китая для масштабного стимулирования экономики.

Графономика довольно грамотно разбивает логику FT цифрами о потребительской инфляции в Китае (1%), низкой ценой внутренних заимствований (1,7% – доходность 10-летних гособлигаций, что в 3 раза ниже US Treasury) и ростом ВВП (4,3% во втором квартале). Но в данном случае важны не цифры.

В тезисе FT перевернуты экономические смыслы, сделано это абсолютно сознательно (хотя, возможно, и не осознано со стороны FT). В данном случае речь о реальных службах управления общественным мнением, а не об исполнителях.

Что важно понимать в этой истории со страновыми долгами (и долгом вообще)? Важно понимать, что у долга и кредита общий (единый) источник погашения – доходы будущего.

Иными словами, долг и кредит представляют из себя единую сущность – непосредственным источником кредита являются долговые обязательства. Любой банкир (это не про Эльвиру Сахипзадовну) знает, что источником активов являются пассивы.

Чем глубже долговое пространство, тем шире кредитный горизонт, тем длиннее период окупаемости (возвратность), тем выше риски, тем надежнее должны быть гарантии.

Сегодня общее долговое пространство (плечо финансового инжиниринга) намного превышает существующие бизнес-прогнозы, это означает, что гарантии на столь длительный срок могут быть только государственными (силовое обеспечение обязательств), что мы, собственно, и видим по текущей ситуации.

Последнее обстоятельство важно в свете отмеченной Графономикой тенденции роста долгового (оно же кредитное) пространства Китая за счет корпоративного сектора (см. 3-й график). В странах Запада, наоборот, начиная с 2008 года кредит обеспечивается ростом государственных долгов. Что это значит?

Это значит, что в Китае идет органичный рост экономики, а на Западе - фиктивный (за счет постоянной эмиссии). Здесь Графономика ошибается, связывая китайское долговое пространство с «вертолетными деньгами».

Леонид Крутаков в своей книге «Нефть и мир» очень точно раскрывает природу долга и кредита. Он приводит цитату представителей Второго банка США в их споре с Эндрю Джексоном во время банковской войны, в ходе которой они отстаивали свое право на эмиссию:

«Банки должны ссужать больше денег, чем брать. Когда банки ссужают деньги, фактически создаются новые деньги, что называется «кредитом».

Эти деньги должны быть бумажными; в противном случае банк может ссудить ровно столько, сколько он берет, и, следовательно, новая валюта не может быть создана из ничего. Поэтому бумажные деньги необходимы для роста экономики».

В ходе Гражданской войны Севера и Юга федералисты проведут первое количественное смягчение – начнут выпускать «гринбэки» (банкноты, непосредственно государственные обязательства).

При обсуждении эмиссии гринбэков кто-то из администрации Линкольна предложил печатать на них официальный девиз Америки («Мы верим в Бога»), который гравировался на всех американских монетах.

Линкольн остроумно ответил на это, что тогда на новых банкнотах надо поместить апостола Петра или Павла с фразой: «Серебра и золота у меня нет, но я даю то, что есть».

Позже Гарфилд зафиксирует ситуацию: «Выпуск банкнот США был обеспечен необходимостью войны… Эти купюры – не деньги, а обещания заплатить деньги».

Сегодняшний рост государственных долгов Запада - не что иное, как «обещания заплатить деньги» в будущем (потом, как-нибудь, «если ты захочешь»). Это означает, что гарантии корпоративного сектора Запада закрываются государственными гарантиями (государство берет на себя долги компаний). И это значит, Запад ведет войну.

Мы не про видимые нам взрывы на Украине, в России и Персидском заливе. Мы про финансовый подрыв будущего. Чем сильнее Запад накачивает экономику государственным долгом (стимулирует фиктивный рост), тем страшнее последствия банкротства – глобальный военный конфликт.

И здесь есть свой расчет со стороны США (западные валюты - всего лишь деривативы доллара, то есть американских долговых обязательств, гарантий, рубль, увы, тоже) – страх глобальной катастрофы заставляет кредиторов 2-го уровня теснее «прижиматься к ноге хозяина»…

Буровая в Telegram | в MAX