Рукотворный кризис (часть 1/2)

Первая картинка показывает, как с 2008 года изменился физический объем и состав потребляемой США нефти. Вторая - как в процентном соотношении к 2008 году изменилась структура американского потребления.

Доля ОПЕК упала на 84% (5,42 млн б/д в 2008 году, 0,86 млн б/д в 2025 году). Доля Канады наоборот выросла почти на 200% без малого (1,956 и 3,910 млн б/д соответственно в 2008 и 2025 году).

Начиная с 2015 года Канада поставляет в США больше сырой нефти, чем все члены ОПЕК вместе взятые, и с тех пор занимает место самого крупного поставщика.

Основные комментарии и выводы, которые прилагаются к этим картинкам, ограничиваются констатацией самого факта под бравурные мотивы типа: вот как США сумели сломать свою зависимость от ОПЕК! Звучит красиво и убедительно, но никакого ответа на вопрос, зачем США это делали, констатация факта не дает.

Тот факт, что за это время США и внутреннюю добычу нарастили практически на те же самые 200% (с 4,98 до 9,67 млн б/д), только усугубляет вопрос.

Зачем наращивать свою внутреннюю (очень дорогую и низкодебетовую добычу), если есть возможность покупать нефть и у Канады, и у ОПЕК, и у России, и у Мексики, и у Венесуэлы (везде...), расплачиваясь за нее собственноручно напечатанными долларами?

Сегодня можно сказать, что таким образом США оберегали себя от грядущего санкционирования России и грядущего же кризиса в Персидском заливе.

Постфактум все так и выглядит. Но, во-первых, в 2008 году никаких признаков грядущих кризисов на Украине и в Персидском заливе не предвиделось. А, во-вторых, кризисы эти не возникли сами по себе, их инициаторами и организаторами выступили сами США.

Последнее обстоятельство (предварительная подготовка США к грядущим кризисам) устанавливает обратную причинно-следственную связь событий.

Не возможность грядущих кризисов заставила США менять структуру внутреннего потребления нефти, а изменение структуры стало их причиной, было подготовкой США к активным действиям по изменению всего мирового энерголандшафта.

Эти действия (деятельное участие США, рукотворность событий) трактуются сегодня как кризисы (некое объективное обстоятельство).

Как пишет Леонид Крутаков в своей книге "Нефть и мир", любая модель работает или в комплексе (связно), либо она не работает совсем (распадается). В случае с общей связностью (даже рыночно организованной) принцип "здесь играем, здесь не играем, здесь рыбу заворачивали" не применим.

Сланцевая нефть относится к легким сортам, а американские НПЗ традиционно заточены под переработку более тяжелых сортов. Чтобы обеспечить технологическую цепочку американских НПЗ, сланцевую нефть необходимо разводить более тяжелой нефтью.

Например, канадской, венесуэльской (как ранее, до чавизма, это происходило) или русским мазутом (спрос на него в США был высоким). Нефть Персидского залива тоже легкая и для "утяжеления" сланцевой нефти не годится, а значит надобности в ее импорте США в период разгона сланца не испытывали.

Все вышеприведенные факты дополнительно усложняют комбинацию, то есть показывают, какого уровня координации и глубины стратегической подготовки она требовала.

Буровая в Telegram | в MAX