Южная Осетия сегодня нечасто попадает на первые строчки информационных новостных лент. И раньше упоминание этой частично признанной республики происходило, прежде всего, в контексте грузино-осетинского конфликта или конфронтации между Россией и Западом на Кавказе.

Но, как говорится, не геополитикой единой. Внутриполитическая повестка Южной Осетии представляет значительный интерес. В первую очередь потому, что в республике сохраняется высокий уровень политической конкуренции при сохранении пророссийского консенсуса. Ведущие югоосетинские силы при всех имеющихся противоречиях выступают за стратегический выбор в пользу России. При этом по внутренней повестке могут вести порой и жестокую полемику друг с другом.

9 июня в республике пройдут парламентские выборы. И хотя до дня голосования еще около полутора месяцев уже сейчас все претенденты на депутатские кресла пришли в повышенную готовность. 25 апреля все самовыдвиженцы и «партийцы» должны предоставить в ЦИК Южной Осетии все необходимые для регистрации документы.

В парламент будут избраны 34 депутата по смешанной системе (17- по партспискам и 17- по одномандатным округам). Но уже сейчас имеется 47 самовыдвиженцев. Выборы-2024- не пустая формальность. В первую очередь, они станет тестированием для действующего президента Алана Гаглоева. Он побелил на выборах во втором туре в мае 2022 года тогдашнего главу республики Анатолия Бибилова. Однако ключевая проблема в том, что Гаглоев представлял партию «Ныхас» («Народное собрание»), тогда как по итогам предыдущей парламентской кампании 2019 года она заняла лишь третье место, уступив «Единой Осетии» и Народной партии. И все последние два года наблюдатели главной проблемой Гаглоева называли отсутствие у него слаженной команды.

Электоральный успех «Ныхаса» в 2024 года помог бы, если не полностью, то частично решить эту проблему. Мы также знаем недавние примеры, когда победители парламентских выборов впоследствии успешно выдвигались на президентский пост (см. пример того же Анатолия Бибилова).

Конечно же, всякие выборы в Южной Осетии, и парламентские, и президентские традиционно сопровождаются обсуждением темы «единства с Северной Осетией» и вхождения в состав РФ еще одного «нового субъекта». Впрочем, до того, как завершится главная кампания четырехлетия в Грузии (выборы в парламент, они состоятся в октябре) вряд ли возможны какие-то практические шаги на этом направлении. Разве что не случится форс-мажор.

Сергей Маркедонов