«Исламская Республика Иран считает, что Южный Кавказ не должен стать ареной геополитической конкуренции». Не спешно, по-восточному выдержав паузу, иранская дипломатия отреагировала на брюссельские переговоры между премьер-министром Армении Николом Пашиняном и высокими представителями США и Евросоюза.

Насер Канаани, официальный представитель МИД Ирана особо подчеркнул, что международная кооперация на Кавказе крайне важна. И Тегеран за то, чтобы она достигалась на основе «взаимной выгоды». Только проблема в том, что Исламская республика не видит для себя значительных профитов от усиления США и их союзников в Евразии.

Открыло ли заявление иранского МИД некую новую веху в подходах официального Тегерана? Нет, иранские дипломаты и ранее выступали за продвижение формата «3+3», то есть кооперации между тремя закавказскими государствами и тремя их соседями- крупными евразийскими державами (Россией, Турцией и собственно Исламской республикой). Однако обратить внимание на слова Насера Канаани (а его устами говорит иранский государственный истеблишмент) необходимо.

В-первых, ключевым словом для сегодняшней армянской политики является диверсификация. Официальный Ереван подчеркивает, что открыт для всех. Но далеко не все готовы такую открытость поддерживать. Позиция России, находящейся в жесткой конфронтации с Западом известна. Иранские же подходы находятся в информационной тени. Стоит заметить, что Ереван, последовательно критикуя Москву за ее неэффективность, как гаранта безопасности, наращивает связи не только с Западом, но также с Дели и с Тегераном. «Мы очень высоко ценим отношения с Ираном. Наши отношения с Ираном стратегические», - заявил всего 6 дней назад секретарь Совбеза Армении Армен Григорян. Политик и управленец, имеющей репутацию одного из самых прозападных в руководстве страны. С Москвой армянский истеблишмент демонстративно ссорится, но с Тегераном столь же демонстративно пытается доказать свою расположенность.

Проблема одна. Иран не видит в открытости Еревана Западу выгоды для себя. «Вестернизация» региона для Тегерана тождественна наращиванию той самой «геополитической конкуренции». Значит и иранцы будут просить армянских партнеров как-то лучше определиться. Такие просьбы перестанут быть российским «эксклюзивом».

Во-вторых, «вестернизацию» Кавказа не слишком приветствуют и Турция с Азербайджаном. С их точки зрения, брюссельская встреча (не только она сама по себе, а проекты Запада) нацелены на одностороннюю поддержку Еревана. Казалось бы, вот основа для объединения усилий всех евразийских держав. Но и здесь все не так уж просто. Иран с опаской воспринимает усиление «тюркского тандема», который он рассматривает, как часть западной силы. С Кавказом и ранее было все не так просто, а сегодня (и завтра) становится намного сложнее.

Сергей Маркедонов