ВЦИОМ провел опрос об отношении к Борису Акунину (иноагент, внесен в перечень экстремистов и террористов). Опрос значимый, особенно если рассматривать всю последовательность вопросов.

Итак, первый вопрос – нейтральный – о знакомстве с творчеством (можно было дать более одного ответа). 23% респондентов сообщили, что читали его книги, 23% - что смотрели фильмы по этим книгам. Разумеется, эти множества пересекаются – о незнакомстве с творчеством заявили 57%, «другой» ответ дали 4%, а затруднились ответить 5%.

Таким образом, о знакомстве в той или иной степени с творчеством писателя заявили около трети респондентов. Это достаточно много, особенно если учесть, что он почти незнаком молодежной аудитории – из 18-24-летних читали книги 7%, а смотрели фильмы - 3% (притом, что молодым самоцензура свойственна меньше, чем старшим – вряд ли бы они стали отрицать свою осведомленность, если бы она имела место). Молодые живут в другом мире, чем более старшие поколения – и даже кино двадцатилетней давности (не говоря уже о советских фильмах) для них глубокая история.

Дальше уже тем, кто знаком с творчеством, задается вопрос об отношении к нему. Пока что речь продолжает идти о неполитических вопросах, и выясняется, что творчество писателя очень нравится 12%, скорее нравится 46%, скорее не нравится 11%, совершенно не нравится 8%. Таким образом, дается 58% позитивных и всего 19% негативных оценок.

Причем негатив может быть связан с отношением как собственно к творчеству, так и к общественно-политической позиции автора (а нередко это соединяется). А симпатия к творчеству и информированность о политических взглядах тесно не связаны: россияне, не знающие о позиции писателя по отношению к Украине, в 64% случаев признавались в симпатии к его творчеству, а в той или иной степени осведомленные - в 54%.

Дальше задается первый политический вопрос - известно ли респондентам, что писатель «выразил свою поддержку Украине и передает часть денег от проданных в России книг на помощь украинской армии». Здесь осведомленность очень высока, так как эта тема обсуждалась и на телевидении, и в Интернете. 60% от тех, кто знаком с творчеством писателя, сообщили о том, что в той или иной степени осведомлены (34% прямо сказали, что знают об этом).

И, наконец, последний вопрос, тоже политический - о правильности того, что из-за этих «высказываний и действий» «российские издательства отказываются печатать книги» писателя, а «книжные магазины продавать их». И вот здесь декларируется лоялистская мобилизация. 69% от всех респондентов (а не только от знатоков творчества) считают это решение правильным («точно правильным» - 48%, «скорее правильным» - 21%). Негативно относятся к этому решению 19% («скорее неправильное» - 11%, «совершенно неправильное» - 8%).

Знакомые с творчеством писателя несколько реже считают это решение правильным – 63% против 71% среди незнакомых. Соответственно, 25% знакомых с творчеством полагают, что оно неверно (и 16% незнакомых). Но принципиальной разницы нет. Зато есть сложившееся к настоящему времени (почти два года с начала СВО) ярко выраженное разделение между литературными вкусами и лояльностью государству. Вкусы респонденты относят к сугубо частной сфере – и не склонны менять их из-за политических обстоятельств. Лояльность же – по определению дело государственное со всеми вытекающими последствиями.

Алексей Макаркин