Затянувшаяся пауза, похоже, прервалась. Никол Пашинян прибыл в «северную столицу» России для участия во встречах в формате ЕАЭС и СНГ. Напомню, что в конце октября премьер-министр Армении не принял участия в работе межправительственных советов ЕАЭС и СНГ в Бишкеке, также в саммите ОДКБ в Минске 23 ноября.

Интересно, что в канун двух питерских саммитов Владимир Путин довольно сдержанно отреагировал на пашиняновский «абсентеизм». В ходе «Итогов года» 14 декабря президент РФ заявил, что отсутствие Пашиняна в Бишкеке и в Минске было «связано с некоторыми процессами в Армении и не связано с желанием или нежеланием продолжать работу в этих интеграционных объединениях». При этом, правда, глава Российского государства не преминул сказать, что вопрос о статусе Нагорного Карабаха был решен самим армянским руководством. Пункт, где Москва и Ереван имеют разные интерпретации.

Роль своеобразного «переводчика» между РФ и Арменией взял на себя белорусский лидер Александр Лукашенко. Отвечая в Санкт-Петербурге на вопросы журналистов, он заявил, что не держит обид на Пашиняна за его отсутствие в Минске. Далее Лукашенко сослался на его разговор с премьер-министром Армении, который пояснил белорусскому президенту, что ОДКБ и ЕАЭС- разные форматы, и в экономической части он готов сохранять интеграционное участие, тогда как его сомнения касаются исключительно военно-политических аспектов.

В последние месяцы и в России, и в Армении было написано немало текстов о корректировках в двусторонних отношениях, о переменах во внешнеполитических подходах Еревана, которые представляются почти что исключительно как разворот на Запад. Как нельзя кстати для укрепления подобных представлений оказалось высказывание Специального представителя НАТО на Южном Кавказе и в Центральной Азии. Хавьер Коломина констатировал, что «Армения приняла четкое решение изменить свою внешнюю политику и держаться подальше от Москвы». Между тем, незадолго до питерских саммитов была анонсирована оружейная сделка между Арменией и Индией.

Ереван, скорее, стремится к диверсификации, селективной кооперации с ведущими центрами силы, не делая ставку на кого-то одного. Вряд ли такой подход удовлетворит Москву, тогда как Запад будет рад самому тренду на снижение российского влияния (пускай и не обвального) в регионе Кавказа. Но пока что мы можем зафиксировать, что и РФ, и Армения, отмечая очевидные противоречия, не хотят углублять разрыв и ставить точку в отношениях.

Сергей Маркедонов