Bonne année. *

Плавно опускался на землю лёгкий белый снежок. По иссиня-чёрному небу разлилась россыпь блёкло-золотых звёзд, и тысячами ярких пятен загорелись окна домов. Та ночь была не простой: она была новогодней, а, как известно, новогодняя ночь - время исполнения мечтаний, волшебства и снов.
Квартира была обставлена довольно уютно: мягкий серый диван в гостиной, напротив него - мраморный камин и огромное зеркало в изысканной позолоченной раме, на камине - множество непонятно как умещающихся там горшков со всевозможными цветами. Рядом небольшой стеклянный столик, чудом поместившаяся в уголок маленькая наряжённая к новому году ёлка, две тумбочки из какой-то, по всей видимости, недешевой древесины, да несколько картин на стенах - вот и весь интерьер этой маленькой, но уютной гостиной. Казалось бы: слишком мало, слишком просто - но нет, красиво, спокойно и органично. Можно сказать, изысканно.
Двое французов обустроились весьма неплохо, ведь уж что-что, но жить со вкусом они умели. И теперь, ожидая наступления нового года, вся квартира оказалась уставлена цветами, над большим окном (и по совместительству выходом на балкон) был аккуратно подвязан пучок омелы, а на кухне на не очень большом столике уже разместились три бутылки первоклассного шампанского, фуа-гра, жареная индейка и виноград. Маленькая ёлочка была усыпана маленькими золотыми шариками - позолоченными грецкими орехами, а на её верхушке красовалась большая золотая звезда. На нижних же ветках было и немного ярко-красных шаров, которыми заменили использовавшиеся в старину для украшения яблоки.
Сейчас они оба сидели на диване, обнявшись и перечитывая отправленные друг другу открытки. И что, что их принято отправлять с января? За окном взорвались тысячами цветных искр первые фейерверки. Прекрасные цветы распускались на мгновения на тёмном небе, застилая своим светом и красой на деле не менее прекрасные звёзды. Красные, золотые, небесно-голубые... Хоть до двенадцати и оставались ещё считанные минуты, вся округа уже окрасилась всевозможными цветами из-за ярких фейерверков. Вот вспыхнула на мгновение голубоватая лилия, вот показался алый рубин - и тут же они распались, рассыпались на крохотные искры и вместе с пушистым снегом бросились вниз, по дороге на землю утратив весь свой блеск. Зелёные, бледно-розовые, сиреневые... Небо горело неестественным светом, столь необычным во внепраздничное время, что они невольно засмотрелись засмотрелись на медленно гаснущие искры.
— Если хочешь, можем также, — тихо прошептал Рембо.
Поль недоверчиво глянул на него, а потом расплылся в улыбке. Ему непонятны пока были все эти людские привычки, обычаи, традиции... Он был далёк от этого, но где-то в глубине души ему хотелось поскорее освоиться здесь, в совершенно новой и непривычной среде. Ведь он - изгой этого общества, тот, кто должен нести на себе всю тяжесть осознания, что он - "не человек". Так кто мешает ему вести себя, как человек? Никто, и никто и не посмеет ему мешать. Ну а раз так, то он может попросту насладиться необычным днём вместе со своим лучшим, единственным другом...
Артюр, заметив его улыбку, улыбнулся в ответ и вскинул руку вверх. Через мгновение над его рукой появился крохотный светящийся золотом кубик. Кубик стремительно рос, а вскоре, став размером с хороший крупный арбуз, взмыл к потолку. Верлен, поняв, кажется, что задумал его "друг", отправил в догонку немного своей энергии, светящейся леденящим душу чёрно-красным. Тёмная материя окутала золотистый куб пространства, и вскоре оно разлетелось на множество золотых осколков. Золотисто-чёрный дождь медленно опускался и испарился, немного не коснувшись паркета. Они вновь улыбнулись. Маленький самодельный фейерверк, отзвучавший лишь для них двоих, грел душу в разы больше, чем бесчувственные цветные всполохи ща окном. Ведь это был их фейерверк и ничей больше, а тот... А тот попросту нацелен покорить сердца случайных зевак, только и всего.