Когда сибирский город Шелехов оказался в центре внимания мировых СМИ из-за угрозы чумы, жители, возможно, надеялись быть лучше всех информированными.
Но россияне давно привыкли жить в условиях неразрешенных вопросов и непрозрачного управления.
Поэтому, хотя внезапная смерть 28-летней Дарьи Шипиловой, лаборанта Иркутского противочумного НИИ, вызвала обеспокоенность во всем мире, жители тихого городка в 19 километрах от Иркутска рассказали CNN, что знают о случившемся лишь новости и слухи, быстро распространяющиеся в интернете.
Спустя шесть дней после того, как новость стала известна — и без официального подтверждения того, что Шипилова умерла от чумы, — ситуация, похоже, вызвала как смирение, так и скептицизм.
36-летняя жительница, назвавшаяся Евгенией, рассказала CNN, что всё кажется «нормальным, как будто ничего не произошло». Она сказала, что не паникует, но её подруга, работающая фармацевтом, рассказала, что люди начали запасаться антибиотиками, когда появились слухи о чуме.
Фармацевт из Иркутска подтвердила CNN, что в ее аптеке наблюдался ажиотаж на «маски, антисептики и антибиотики тетрациклинового ряда», люди запасались ими «на всякий случай».
«Официальной информации нет, и мы ей все равно не доверяем. Ходят многочисленные слухи, но что происходит на самом деле, остается неясным», — добавила Евгения.
Неназванный российский врач, давший интервью независимому изданию «Люди Байкала», не был убежден заявлением Роспотребнадзора, что болезнь лаборантки «не связана с ее профессиональной деятельностью».
Ссылаясь на необходимость лабораторного подтверждения, которое может занять до 10 дней, он сказал: «Невозможно однозначно идентифицировать возбудителя всего через день после вскрытия».
Светлана Шипилова, которая находится на карантине в иркутской больнице, сообщила местному изданию «Глубина», что ее дочь еще не похоронена.
«В конце концов, кто будет хоронить ее, когда мы сидим здесь, в заключении? Она была такой трудолюбивой. Чистая, такая чистая душа», — сказала она.
Обычные россияне часто демонстрируют стойкость перед лицом давления и проявляют смирение перед навязываемыми государством нарративами, что является частью мышления, направленного на выживание, а не молчаливой поддержкой.
25-летняя Юлия рассказала, что люди «уже ничему не удивляются», добавив: «Информация всегда ограничена. Думаю, так обстоит дело в каждом регионе».
Подписаться