Борцы с коррупцией на Украине любят давать своим расследованиям громкие названия. Последнее из них — «Карфаген». В честь города, который Сципион Младший завоевал в конце Третьей Пунической войны и приказал сравнять с землёй. В начале сентября следователи НАБУ, украинского антикоррупционного ведомства, провели обыск в здании Генеральной прокуратуры в Киеве. Здание по-прежнему стоит, но генеральный прокурор Руслан Кравченко подал в отставку.
Операция «Карфаген» направлена против организации, которая, по данным следователей, возглавляется высокопоставленным представителем прокуратуры и ставит целью защиту центров, специализирующихся на телефонном мошенничестве, в обмен на взятки. Кравченко пока не предъявлено обвинение, он не назван подозреваемым и отрицает любую причастность к делу.
Однако дело «Карфаген» проливает свет на ту среду, в которой Олег работал почти четыре года. Этот 30-летний мужчина, чьё имя было изменено, до лета 2026 года возглавлял один из таких «офисов». Это одна из самых прибыльных отраслей на Украине, и её деятельность обошлась швейцарским жертвам в миллионы.
Олег рассказывает, что до 2022 года он зарабатывал на жизнь легальным бизнесом. Затем началась война и бизнес рухнул. Когда ему предложили открыть офис, чтобы обманывать россиян, он согласился. «Россия напала на нас, я потерял свой бизнес. Я сказал себе: вот так я отомщу». Затем он добавляет: «Я понимаю, что это неправильно. Но так уж сложилось».
Кол-центр Олега в Киеве начинал с десяти человек и вырос до примерно тридцати. Организационная структура напоминала структуру классической компании: отдел кадров, IT-специалисты, операционный руководитель, аналитик, отдел безопасности. Новички занимались «холодными» звонками — первыми звонками без предварительной договоренности. Лучшие переходили к «горячим клиентам», то есть к жертвам, которые уже «клюнули».
Олег подчеркивает один момент: сотрудники его центра с самого начала знали, какая работа их ждет. «Каждый знал, на что идет», — уверяет он. Уже на собеседовании соискателям было ясно, что они попадают в «офис», задачей которого является обман россиян, а не в обычный кол-центр.
Большинство сотрудников Олега — молодые и неопытные люди. «Самое пугающее было то, что многим из них было всего 18 или 20 лет. В этом возрасте они зарабатывали столько, сколько никогда не смогли бы заработать на обычной работе без особой квалификации».
Методы, которые использовали операторы, могли быть как примитивными, так и изощрёнными.
В некоторые дни сотрудники получали лишь список телефонных номеров. В другие дни, по словам Олега, у них были базы данных с информацией о профессии, доходах, а иногда даже об остатке на счете целевого лица. «Эти данные нам напрямую предоставляли сотрудники банков».
Сам принцип практически не менялся. «Сначала нужно создать проблему. Если у жертвы нет проблемы, у неё нет причины оставаться на линии». Например, якобы сотрудник банка сообщает о подозрительном переводе. Если человек отрицает, что совершал его, ему объясняют, что его деньги теперь «в опасности». «Если они в это поверят, мы можем делать всё, что захотим».
Олег рассказывает, что видел, как жертвы брали кредиты, продавали машины, а иногда даже квартиры. В случае с особенно недоверчивыми жертвами агентство прилагало огромные усилия для инсценировки: один из сотрудников играл роль агента ФСБ и появлялся по видеоконференции на фоне специально подготовленной декорации. «Люди действительно верили, что разговаривают с ФСБ».
Подписаться