Эта новость попала в заголовки СМИ по всему миру: Владимир Путин ввел внешнее управление над швейцарским продовольственным концерном Nestlé в России. Для многих сообщение от 18 сентября стало полной неожиданностью. Ведь, казалось бы, ситуация с Nestlé в России не изменилась с начала войны в 2022 году.
Затем в начале недели распространилась информация о якобы снятии ограничений. Многие швейцарские СМИ сообщили, что Nestlé продолжает вести бизнес в России в обычном режиме, несмотря на внешнее управление. Продовольственный концерн будет «в полном объеме» выполнять обязательства перед клиентами, партнёрами и сотрудниками, говорилось со ссылкой на российское представительство Nestlé.
Более того, концерн даже выразил уверенность в том, что сотрудничество с новым российским управляющим будет способствовать «дальнейшему развитию бизнеса и повышению эффективности».
Проблема заключалась в том, что это была российская пропаганда. Как пояснила пресс-служба концерна газете NZZ am Sonntag, эта «успокаивающая» информация не была согласована с головным офисом Nestlé в Веве: «Все заявления, сделанные от имени российских подразделений Nestlé, отражают позицию временной внешней администрации».
Этот эпизод показывает: головной офис концерна во главе с генеральным директором Филиппом Навратилом уже утратил контроль над шестью заводами в путинской России. Однако Nestlé пока не списала со счетов свой бизнес в России. В настоящее время изучается ситуация и возможные варианты действий, сообщает пресс-служба. Концерн полон решимости предпринять все необходимые шаги для защиты своих прав.
Для достижения этой цели Веве получает помощь из Берна. Государственный секретариат по экономике (SECO) и Министерство иностранных дел (EDA) поддерживают контакт с Nestlé, чтобы оказать компании поддержку «дипломатическими путями», как они сообщили в ответ на запрос газеты NZZ am Sonntag.
Цель состоит в том, чтобы дать Nestlé возможность изложить свою позицию российским властям и добиться отмены внешнего управления. Более подробную информацию власти раскрывать не хотят.
По мнению экспертов, у концерна, насчитывающего 270 000 сотрудников по всему миру, из которых около 7000 работают в России, в принципе есть два варианта: можно попытаться оспорить принудительное управление в российском суде или международном арбитражном суде и бороться за право остаться в России — либо уйти с российского рынка.
«В любом случае компании следует теперь очень тщательно документировать, какие убытки она несет в результате действий российского правительства», — говорит Матиас Шерер, партнер в Lalive, ведущей юридической фирме, специализирующейся на трансграничных судебных спорах.
В частности, Шерер рекомендует выявить лиц на российской стороне, которые извлекают выгоду из внешнего управления и возможной экспроприации. Ведь даже если решение международного арбитражного суда не будет признано Москвой, в некоторых случаях оно может помочь привлечь этих выгодоприобретателей к ответственности в других странах.
Эксперты считают вполне вероятным, что швейцарскому концерну грозит судьба его французского конкурента Danone.
В 2023 году Путин ввёл внешнее управление над российским подразделением Danone. В 2024 году Кремль внезапно отменил внешнее управление — лишь для того, чтобы продать бизнес Danone новым российским владельцам за примерно 180 миллионов евро.
На бумаге это была обычная, добровольная сделка по продаже компании. Однако в связи с уходом из России Danone зафиксировал убыток в размере более 1 миллиарда евро.
Однако существуют и аргументы, дающие надежду на предотвращение принудительной продажи Nestlé. Согласно статистике Германо-российской торговой палаты, с 2023 года Россия ввела внешнее управление в отношении 27 иностранных компаний. Однако продажа, подобная продаже Danone и Carlsberg, происходила лишь в крайне редких случаях.
Подписаться