Одиночество как бизнес-модель

Южная Корея за одно поколение провернула довольно занятный фокус. Ещё недавно человек без семьи к 30–35 годам чувствовал себя почти социальным браком. Конфуцианская модель была жёсткой: брак, дети, родители, родственники, обязательства. Одинокий человек воспринимался скорее как проблема.

Теперь всё наоборот. Жить одному - это уже не «не сложилось», а «я самодостаточный». Для этого даже есть красивое слово — «хонджок», буквально «племя одиночек». Телешоу вроде I Live Alone годами показывают звёзд, которые прекрасно живут одни, готовят себе, путешествуют, делают покупки и вообще никому ничего не должны.

И вот тут особенно интересно, как быстро вокруг новой нормы вырос рынок. Мини-холодильники, маленькие стиральные машины, еда на одну порцию, мини-упаковки, сервисы доставки без контакта, гостиницы «для себя любимого», pet economy, малогабаритные квартиры. Объём так называемой «хонэкономики» оценивается примерно в $20 млрд.

Логика шикарная. Семья покупает один холодильник - одиночка тоже покупает один холодильник. Только маленький, модный и желательно подороже. Семья готовит кастрюлю еды - одиночке продают одну порцию с красивой упаковкой и доставкой. В итоге одиночество становится не просто личным выбором. Под него строится инфраструктура, сервисы, жильё, реклама и целая экономика.

И после этого нам ещё рассказывают, что рынок всего лишь «подстраивается под спрос». Конечно. Сначала новая модель жизни становится модной и социально приемлемой, потом под неё выстраивают миллиардный рынок, а дальше рынок уже сам заинтересован в том, чтобы эта модель никуда не исчезала.

В одиночной камере ТНК: «успешный успех» по избавлению Южной Кореи от населения за каких-то десять лет

🇷🇺 Брекотин: MAX | ТГ | RuTube | VK