Почему частник не всегда лучше государства

После развала СССР Россия проигрывала США сразу по трём ключевым составляющим технологической гонки: ИТ, кадры и финансы. Уезжали лучшие специалисты, возможности по финансированию стали просто несопоставимы. И потому для меня долго оставалось загадкой, как Россия вообще сохранила сильные позиции в атомной промышленности, космосе, ВПК и самолётостроении.

Ответ, похоже, довольно простой: в стратегических отраслях частный бизнес не всегда способен заменить государство. Точнее, государство не должно отдавать ему определение целей, ключевые компетенции и контроль над результатом.

Хороший пример — атомная энергетика. Росатом может предлагать заказчику не один реактор, а длинную программу: проектирование и строительство станции, топливо, подготовку специалистов и обслуживание. Внутри работают разные предприятия, но ключевые решения связывает общий центр.

В США реакторы AP1000 разрабатывала частная Westinghouse. В 2017 году компания подала заявление о банкротстве на фоне перерасхода средств на строительстве двух американских АЭС. Vogtle в итоге достроили, а строительство двух блоков V.C. Summer прекратили. Это не значит, что у Росатома не бывает задержек и превышения смет или что частная компания не способна построить АЭС. Но если судьба долгого государственного проекта зависит от финансового состояния одного подрядчика, проблема компании становится проблемой всей программы.

То же самое с ВПК. Частная компания естественно заинтересована в прибыли и сохранении долгого контракта. Государству нужен другой конечный результат: техника с нужными характеристиками, в нужный срок и по приемлемой цене.

И здесь главный вопрос вообще не в табличке на проходной — «частное» или «государственное». В стратегической отрасли государство должно удерживать цели, критические компетенции и контроль над конечным результатом.

Потому что интересы одной компании не должны определять судьбу всей отрасли.

🇷🇺 Брекотин: MAX | ТГ | RuTube | VK