Сталин. Постскриптум (текст от 24.09.2025)
Как говорила Ума Турман, у нас с тобой осталось одно незаконченное дело. А именно роль Сталина в русской истории. Про Сталина автор в прошлый четверг выдал на-гора огромный текст про репрессии, но фактически проигнорировал требование читателей «рассказать про Сталина вообще».
А потому давайте добьем Сталина, — просто чтобы ни у кого не возникало более вопросов.
Вопрос об исторической роли Сталина давно уже вырвался из области собственно истории и превратился в схоластическое сочинение на тему «Сталин убил кучу людей, но с другой стороны, он выиграл войну, как вы к этому относитесь». Как будто всех людей в России обязали написать такое сочинение до судного дня.
Это не история. Это т. н. «нравственная философия». История оперирует исключительно фактами: было или не было, как развивались события и к чему это привело. Вы не делаете моральных оценок, хорошо это или плохо, а всего лишь констатируете факт: после смерти Ленина коммунистическая партия раскололась на сталинистов и «левую оппозицию», победителем в этой борьбе вышел Сталин. Потом Сталин психанул из-за убийства Кирова и всех оппозиционеров поубивал. Потом была война. До Сталинграда война была очень неудачна, советские войска воевали плохо, но после Сталинградской битвы всё изменилось, и в итоге Сталин выиграл войну. Вот «голое» историческое описание. «Нравственная философия» же щупает ваши политические и этические нормы: что хорошо, а что плохо, и как, вообще, должен поступать политик.
Нет правильного ответа на этот вопрос «вообще», т. е. вне конкретной исторической реальности. Как не существует ответа на вопрос «как правильно играть в шахматы вообще». Методы Сталина не подходят Путину, и наоборот: вполне гуманные путинские меры вряд ли подошли бы Сталину в Советской России 1930-х, и даже в США времен «великой депрессии» Джон Эдгар Гувер наверняка только фыркнул бы и сказал: «Я буду уничтожать гангстеров так, как считаю нужным, без этого вашего гуманизма, гуманизм придумали большевистские агенты, скоро мы перебьем и красную плесень тоже».
Можно подумать, Сталин единственный в истории политик, которого сделали предметом «нравственной философии». Разве Сталин единственный диктатор, который и выигрывал какую-нибудь войну, и репрессировал своих политических противников? Иван Грозный взял Казань и Астрахань, но перебил кучу бояр и их сторонников. А в XIX веке главным предметом «нравственной философии» был Наполеон. Любой школьник знает об этом по первой же сцене из «Войны и мира»: Пьер Безухов приходит в салон Анны Павловны Шерер и, едва войдя в залу, шокирует свет юношескими рассуждениями. «Казнь герцога Энгиенского, — говорит Пьер в романе Толстого, — была государственная необходимость; и я именно вижу величие души в том, что Наполеон не побоялся принять на себя одного ответственность в этом поступке». — «Как, месье Пьер, вы видите в убийстве величие души?» — отвечает ему по-французски маленькая княгиня.
Сталин, кстати, явно симпатизировал Наполеону, вот почему в 1937 году, т. е. в самый разгар репрессий, неожиданно сняли все обвинения по «академическому делу» 1929—1931 гг с историка Тарле, — «вождь народов» прочитал его книгу про Наполеона. В знаменитой речи на станции «Маяковская» 6 ноября 1941 года Сталин сказал так: «Гитлер походит на Наполеона не больше, чем котенок на льва, ибо Наполеон боролся против сил реакции, опираясь на прогрессивные силы, Гитлер же, наоборот, опирается на реакционные силы, ведя борьбу с прогрессивными силами». Очень верное суждение. Наполеон был рожден протокоммунистической французской революцией, в этом смысле он прямой предшественник Ленина и Сталина. С другой стороны, и националистические элементы в идеологии французской революции были сильны, а Наполеон со своими имперскими закидонами усилил эти кванты еще больше. Да, это так. Но ведь и Сталин не был «чистый» левак, не правда ли? В том-то всё и дело, что Сталин был «красный националист», неоимперец, реваншист. Потому они и похожи, «корсиканское чудовище» и «усатый грузин».