Горбачев

Здесь должен был быть пост про Горбачева и перестройку. Я несколько часов пытался его написать, измарал кучу воображаемой бумаги, а потом плюнул и решил вообще не писать.

Потому что это совершенно бессмысленно. Ты думаешь, ломаешь голову, пишешь, пытаешься факты в систему свести как-то, и вроде бы у тебя получается что-то приличное даже, удается уместить шесть лет перестройки в 4 000 знаков, а тебе всё равно пишут в комментариях: «это детский сад», или «вы ничего не понимаете», или «Горбачев был мудак, просрал страну, на хера вы это написали». Вот так перднут и убегают. Ничего не объяснив, не вступив с тобой по сути написанного в дискуссию, не предложив своего видения. Просто не понравилось им. Они пробежали глазами, взгляд их на двух-трех фразах остановился, они решили, что им это не подходит, их политическим установкам не соответствует, что это «пропаганда» чего-то, это «некрасиво», «нестильно», «неумно». Всё. Хлоп. Черканул в чате чего-то впопыхах, написал на заборе «хуй» и пошел дальше по сетевым просторам бродить, искать, где еще можно «хуй» написать.

Где бы мне написать-то. А пойду-ка я зайду на сайт любителей елочных игрушек, что-то я давно не писал, что игрушки Нижегородского завода — говно. Нижегородского, Московского, Харбинского. Да какая разница-то, блин. Ты к Рождеству готовишься или Новому году. Это праздник. Елка, шампанское, твоя счастливая пьяная рожа, измазанная салатом оливье, Снегурочка, которую ты обнаружил утром 1 января в своей постели, без трусов, но в кокошнике. Почему нужно обязательно испортить этот прекрасный праздник идиотскими замечаниями о плохо сделанных елочных игрушках. Как будто ты старуха Шапокляк какая-то. «Это хорошо, что вы зеленый и плоский. Вы лежите на газоне и вас не видно. Мы бросаем кошелек на веревочке. Прохожий нагибается, а кошелек убегает! Здорово я придумала?». Зачем это шапоклякство. Вот этого я не понимаю.

Странные у людей нашего времени манеры, конечно. Мы совершенно разучились воспринимать вещи, как они есть, в их исконной радости бытия. Непременно нам нужно, чтобы это устраивало нас. Меня, любимого, лично. Если это мне не подходит, значит, это плохо. Если я чего-то не понимаю, значит, и не нужно понимать, а нужно просто мазнуть на заборе краской и скрыться, пока тебя не схватили за шарфик и не привлекли по 213-й статье УК РФ. Прямо у людей восторг от этого, от возможности безнаказанно писать на заборе «хуй». Причем дикий восторг. Какой в этом смысл? Какой смысл, вообще, в такой жизни? Ну не нравится тебе что-то, напиши ты разборчиво хотя бы. Раскритикуй, но раскритикуй по существу. Объясни человеку, в чем он не прав. От этого ты больше удовольствия получишь, и ты сам же начнешь понимать что-то лучше, и у других людей в голове просветлится немного от твоих логических доводов, возможно. Нет. Не нужно с людьми в дискуссию вступать. А нужно просто перднуть и убежать. Вот такой я. Герой. Локи. Великий освежитель воздуха.

Я не знаю, как это объяснить. Но мне почему кажется, что в этом виноват Горбачев. Вот как он объявил гласность в феврале 1986 года, так это началось, так и покатилось общество под откос. Людям дурман свободы в голову ударил, и они начали этой свободой хвастаться и бегать за ней, как воображаемый прохожий за мнимым кошельком, совершенно забыв о том, что свобода — это еще и ответственность, т. е. элементарное право другого человека заставить тебя объясниться. В дореволюционные времена такие вопросы решались вызовом на дуэль, и у людей было хоть какое-то понимание, что нельзя себя по-хулигански вести, потому что всегда есть вероятность, что тебя принудят стреляться. Высадят тебя на берег, как минимум, как это сделал капитан Крузенштерн с графом Федором Толстым по прозвищу «Американец», в наказание за его хамское поведение на «Надежде». А сейчас… Сейчас ничего этого уже нет. Никаких ограничителей нет. Всем на всё плевать. Все хотят писать на заборе слово «хуй».

Свобода, блин. Демократия. Гласность.