Борис и Борхес

Сегодня шел по филфаку после консультации к своим бюрократическим делам и услышал краем уха, как студенты (не мои) читают стихи (мои). Что особенно приятно - смешные (стихи).

Коллеги, кто бы Вы ни были, я тронут!

Сегодня в 18:00 на Дворцовой площади (лекторий 6) буду читать вместе с коллегами по лито стихи. Проходите, будем рады!

Филфаковская сирень для привлечения внимания

БОРИС и БОГОТА. Часть 3.

- Кафедральный собор Боготы потрясающий.

- Ботанический сад тоже, но показался маловатым. Плюс прямо над ним летают самолеты, саундтрек знаком многим жителям Юго-Запада СПб.

- Книжный магазин в Культурном центре Гарсиа Маркеса - сокровище. Чем-то напоминает РНБ на Московском (а тамошний аэропорт Эль Дорадо до боли напоминает Пулково). Умножьте это на климат теплого петербургского лета - и поймете, почему я там чувствовал себя почти как дома.

- Библиотека Луиса Анхеля Аранго, принадлежащая Банку Колумбии, - удивительно приятное место: с музеями, концертным залом (чем-то напоминает наш Мариинский) и Мостом исследователей (как Вам такое, венецианцы?). Контраст с Библиотекой Национальной.

- По всему городу много граффити, но многие из них вполне позитивные. «Музыка - это жизнь», - ну и кто будет спорить?

- И в Боготе я услышал одну из самых красивых песен на свете вообще. Camino de la vida.

БОРИС и БОГОТА. Часть 2

- Богота совершенно огромная, что заметно с высоты Монтсеррат.

- Реки в Боготе закопали: одна из них протекала мимо усадьбы Симона Боливара. Теперь от рек остались только тенистые бульвары.

- Сама усадьба, кстати, весьма скромная, но очень приятная. Скрываясь от злоумышленников, Боливар ночь просидел в воде, заболел и два года спустя умер.

- 200 лет назад, назидательно сказала экскурсовод, в Боготе было еще холоднее, чем сейчас. Вот Боливар и заболел.

- Аудитория в Ла Гран Колумбия и в Институте культуры имени Льва Толстого оказалась очень благодарной. Я рассказывал про парадоксальную популярность «Паруса» Лермонтова у «народных» испаноязычных переводчиков и про специфику восприятия «бума» в СССР. И встретил очень живой интерес.