в предрассветном заоконном
полумраке дышит море,
перестукивают волны,
бьются в стекла шифром Морзе, разговаривая с теми,
кто бессонницей зажат

в рефлексии часа волка.
капает вода на кухне,
нервный дым ползёт над полом.
то ли жив, а то ли умер.
море тянет лапы кверху,
до восьмого этажа.

море в трубах глухо воет,
море льётся из всех кранов,
море бьётся между рёбер
вместо пульса, лижет раны,
растворяет. кроме моря
не осталось ничего.

море за собой уносит
ворох старых писем; лоскут
прошлого, и острый
нож, которым мне с любовью
спину взрезали без боя.
всё, что было болью—вон.

в бутылёк письмо засунув,
я смотрю, как на рассвете
море исчезает с улиц,
остаётся только ветер
с терпким привкусом свободы
и ракушка под столом.

ты же спишь, а значит, снится
всё тебе: как незаметно
море бродит по столице—
так не может быть, наверно.
но тебе приносят волны
бутылёк с моим письмом.

//27.02.19