Письмо, о котором я расскажу сегодня, написано журналистом BBC, военкором Фергалом Кином и адресовано своему новорожденному сыну Дэниелу.
Это непростой текст. Автор объясняет, почему рождение сына лично для него наделено особой значимостью и особыми переживаниями: «Меня мучают - лучше сказать, гнетут - воспоминания, внезапно такие отчётливые, о каждом несчастном ребёнке, кого я встречал. Сказать по правде, в такой момент почти невыносимо думать о том, что где-то обижают, бьют и убивают детей».
Дальше Фергал Кин пускается в воспоминания, которые невозможно читать без слёз. Есть в тексте и непростая семейная история об отце Фергала, алкоголике, не принимавшем участия в воспитании сына.
И всё-таки! Радость и надежда остаются основными эмоциями письма - как и должно быть в этом мире.
💙
«Дорогой мой сын,
сейчас шесть часов утра на острове Гонконг. Ты спишь, устроившись у меня на левом предплечье, а я осваиваю искусство печати одной рукой. Твоя мама, очень уставшая и счастливая, крепко спит в соседней комнате. И в нашей квартире тишина и покой. С тех пор, как ты появился, дни перетекают в ночи и обратно, а мы осваиваем новую грамматику. Длинное предложение, размеченное знаками препинания в виде кормления, и пеленания, и смены подгузников, и этих случайных моментов покоя.
Когда ты подрастёшь, мы расскажем тебе, что ты родился в последней азиатской колонии Британии в год свиньи по лунному календарю, и что, когда мы принесли тебя домой, персонал, обслуживающий наш многоквартирный дом, стал желать тебе счастья.
«Это мальчик, такая удача, такая удача. Мы, китайцы, любим мальчиков», - говорили они.
Один человек сказал, что ты первый мальчик, родившийся в этом доме в год свиньи. Это, по его словам, хороший фэншуй, то есть добрый знак для здания и всех его обитателей. Естественно, мы с твоей мамой были просто счастливы от этой мысли. Мы тебя хотели и ждали, представляли тебя и мечтали о тебе, а теперь, когда ты с нами, никакая мечта с тобой не сравнится.
Из окна сейчас видно, как в гавани под нами паромы идут в Коулун и обратно, миллионы людей уже движутся куда-то, а солнце наискось пересекает дома-башни и поднимается над плоскими серебристыми водами Южно-Китайского моря. Я вижу дымовой след самолёта над островом Ламма, а где-то в вышине мерцают последние звёзды, направляясь в другую часть света.
Мы назвали тебя Дэниел Патрик, но мои китайские друзья сказали мне, что тебе нужно дать и китайское имя, и это чудесное рассветное утро подсказывает мне, что мы тебя назовём Сыном Восточной Звезды. Так что позже, когда мы с тобой будем вдали от Азии, возможно, на каком-нибудь пляже, я смогу рассказать тебе о Востоке и о том времени и людях, которых мы узнали в последние годы двадцатого века.
Твоё появление перевернуло меня с ног на голову и вывернуло наизнанку. Множество вещей, казавшихся мне важными, я увидел в новом свете за последние несколько дней. Подобно многим иностранным корреспондентам, которых я знаю, я вёл жизнь, то и дело сопряжённую с большой опасностью: зоны военных действий и стихийных бедствий, тьма во всех своих проявлениях.
В мире, где всё так зыбко, где правят амбиции и эгоизм, так легко поддаться этому азарту и начать рисковать жизнью, веря, что наша работа и мнение о ней оправдывают наши игры со смертью. Но теперь, глядя на твоё сонное личико в нескольких дюймах от меня и слыша твои вздохи и всхлипы, я поражаюсь, как я мог ставить славу, награды и похвалы выше, чем жизнь».
4 февраля 1996 г.