Навигация по всей истории

🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🤩
🤩🔠🔠🔠🔠🔠5⃣🌷1⃣

Гермиона рассказала всё тем же вечером. Не сразу.
Сначала она вернулась домой, закрыла за собой дверь и почти десять минут простояла в прихожей. В доме родителей стояла тишина. За окнами завывал летний ветер, в стекле отражалась её собственная фигура — прямая, неподвижная, собранная.
Щека всё ещё помнила прикосновение. В разуме держался его запах. Это злило.
Она провела по коже ладонью, будто могла стереть ощущение грубой чужой руки. Ничего не изменилось. Гермиона сжала пальцы. Он не ударил её, не схватил, не попытался отнять палочку и не напал.
Эти мысли опасны уже потому, что звучали как оправдание. Она знала это. И всё равно возвращалась к ним снова. Через двадцать минут она отправила патронуса Гарри, а после Рону. Слова получились короткими:
— Мне нужно поговорить. Жду вас сегодня дома.
Гарри появился первым. Он даже не постучал как следует — только дважды ударил костяшками в дверь и почти сразу вошёл, когда Гермиона сняла защитные чары. На нём всё ещё была аврорская форма. Волосы растрепались сильнее обычного, очки чуть съехали на переносицу, а лицо казалось настолько напряжённым, что Гермиона сразу поняла: он услышал не только слова патронуса. Но и смысл, который стоял за ними.
— Что случилось?
— Подождём Рона.
— Гермиона.
— Гарри, пожалуйста, — с нажимом проговорила она.
Он замолчал, но не сел. Остался стоять посреди гостиной, внимательно разглядывая её лицо, руки, одежду. Будто искал кровь, синяки, следы проклятия.
— Ты ранена?
— Нет.
— Точно?
— Точно.
— Кто-то тебе угрожал?
Гермиона отвела взгляд. Этого оказалось достаточно. Гарри резко выпрямился.
— Кто?
— Я сказала, подождём Рона.
— Если кто-то что-то сделал с тобой, я не собираюсь —
— Гарри.
Он остановился. Гермиона редко произносила его имя таким тоном. Не сердито, а устало. Как будто на улице не мир, а война. Его лицо немного смягчилось.
— Хорошо, — смирился он. — Ждём.
Рон пришёл через камин спустя несколько минут, едва не споткнувшись о край ковра. На нём был старый джемпер, один рукав закатан выше другого, а в руках он всё ещё держал кухонное полотенце.
— Что произошло? — выпалил сразу. — Надеюсь никто не умер?
— Никто, — тут же ответила Гермиона.
— Тогда что случилось?
Он быстро подошёл к ней, остановился почти вплотную и нахмурился.

— Ты бледная.

— Я всегда бледная.

— Нет, не так. Ты сейчас как после допроса у Скримджера.

— Рон...

— И волосы у тебя.

— Что с моими волосами?

— Ничего. Я просто… — Он раздражённо выдохнул и провёл рукой по лицу. — Не знаю. Ты выглядишь не так.

Гарри коротко кивнул, взглянув на него.

— Она молчала. Ждала тебя.

Рон тут же повернулся к Гермионе.

— Так вот, теперь мы оба здесь.

Гермиона кивнула.

— Сядьте.

Никто не сел. Она посмотрела сначала на Гарри, потом на Рона.

— Пожалуйста, — в голосе слышалась не просто просьба, наставление.

Только тогда они опустились на диван. Гарри сел на край, положив локти на колени. Рон близко к нему, плечом к плечу. Оба смотрели на неё одинаково настороженно, хотя тревожились по-разному. Гермиона осталась стоять.

— Сегодня я была в лесах Дин.

Рон моргнул.

— Одна?

Гарри уже нахмурился.

— Зачем?

— Гуляла.

— В лесах Дин? — переспросил Рон. — Просто гуляла?

— Да.

— Там, где мы прятались во время войны?

— Именно там.

— Почему? — настороженно спросил Рон, переглядываясь с Гарри.

Гермиона сжала губы.

— Потому что я больше не хотела помнить это место только таким.

На лице младшего Уизли мелькнуло понимание. Не полное — никто из них не мог до конца понимать переживания другого, даже если они прошли войну вместе. Но достаточное, чтобы не задавать следующий вопрос. Гарри опустил взгляд на свои руки.

— И что произошло?

Гермиона подошла к креслу, но не села сразу. Несколько секунд стояла рядом, собираясь с мыслями.

— Я почувствовала, что за мной наблюдают.

Рон медленно выпрямился.

— Кто?

Она взглянула на него.

— Фенрир Грейбек.

Тишина после этих слов оказалась почти физической. Рон сначала просто смотрел на неё. Потом резко поднялся с места и навис над ней.

— Что?!

#ЗверьКоторыйОтпустил #фенмиона