Про жизнь и чай

Месяц назад Аню Фельдман выписали из больницы домой. Ну как домой... в домашний хоспис. Почти месяц назад я улетела в Мексику. Глядя на каждый закат думала. Обычное думала. Про нее и вообще. Что недодружила, не напризнавалась в любви, не наработалась вместе. Как мало в жизни действительно важного и легко про это важное забыть в бытовухе. Как коротко (все) и малоосмысленно (некоторые) человеки живут. Делаю ли я это хоть чуть также осмысленно и достойно как Аня? Не #уйню ли вообще делаю по жизни?

Она ушла несколько дней назад, когда я была в пути к формальной цели моей поездки - двигательной лаборатории. Не совсем лаборатория, а как бэ назвать. Сборище. Живем в палатках на берегу лагуны. Практируем КИ, импровизацию в воде, ватсу, агуахара, касание, движение.

Куда ехала не знала, а как оказалось, приехала куда и когда надо.


Вокруг красиво – до щемящего сердца и невозможности дышать.

Вода в лагуне смешанная, пресно морская, чуть соленая. Очень удобно плакать: все сразу смешивается, никто не знает, где твои слезы, где соседские, где вода из океана, а где из источников, кого, что оплакиваю - за этот год поводов опять накопилось достаточно.

Люди какие-то волшебно медом намазанные подобрались, могут говорить, а могут вообще без слов, это отдельная радость и расслабон.
Соблазн на эскапизм есть, но из мирового контекста не выпадешь особо, каждый со своими болями приехал, кто из Венесуэлы, кто из других веселых мест.

Дышим, плаваем, обнимаем друг друга телами и сердцами.
И когда кто-то с облегчением начинает дышать под моими руками или благодарит за разговор, как-то вспоминается, что люблю свою работу. И кажется делаю ее неплохо. Может, не так как Аня, но я буду стараться.


Вот вам старый разговор с ней о практике чайной церемонии. Разговоры с ней сами были как церемония, звенящей ясности и мягкой глубины.