I’m back in Belgrade

и я так рада, что я на месте, особенно после 20-часовой дороги с остановкой в Антальи. для меня определение дома теперь такое: дом - это то, куда ты возвращаешься. за последние 2 недели я вернулась домой в Москву, ненадолго домой в Питер и домой в Белград. ехала в такси из аэропорта с Кешей и мне было очень спокойно, я чувствовала, что я на месте и могу расслабиться. я полюбила Белград.

я хотела поделиться рассуждением на тему маскулинности и насилия, потому что для меня они неразрывно связаны с армией, призывом и тем, куда попал Гена.

в полете в Москву во мне еще быстрее нарастала ярость и гнев, чем все предыдущие дни, пока я мучилась догадками, что происходит за закрытыми дверьми сборных пунктов и военных частей. прилетев, я была готова рвать и метать, только непонятно что. я постоянно думала об армии, зачем она нужна, как туда попадают люди, почему кто то должен что то защищать. сразу вспомнила рил из инстаграма, где парень говорит девушке «если бы не мы, кто бы вас защищал?», а она спрашивает его «от кого?»

в Москве я смотрела на молодых парней, праздно гуляющих по улице и мне хотелось крикнуть им «вы че? прячьтесь!»

готовых выводов у меня нет. в итоге молодых парней защищали мамы, сестры, девушки, жены и друзья, отцы от несправедливости военкоматов. и с одной стороны, во всем виновата система, а с другой, эта же система сейчас офигевает от тех самых парней с серьезными диагнозами типа Гены, которые оказалась в военных частях. и будет их комиссовать.

в военной части, где сейчас Гена, я отпрашивала гениного сослуживца в роли его «двоюродной сестры», чтобы его отпустили в увольнительную. старшина, у которого мы отпрашивались, симпатичный молодой парень, мой ровесник, добрый и адекватный. его облаяла моя собака, но он был ей рад.
мне стало спокойнее.