Теперь он сидел в чужом городе, с чашкой остывшего кофе, отчаянно пытаясь понять, почему его собственная магия с каждым днём вредничает и угасает, слабеет. Листал страницы, читал через не хочу, ловил себя на том, что перечитывает один и тот же абзац второй раз.
💀💀💀🦢Мысли разъезжались.
Внимание негласно было сфокусировано на голосовании в Риме. Думал о Италии: Ватикане, который уже успел показать зубы; Сан-Марино, которое цеплялось за старое и нерушимое.
Британии, которая собиралась предложить всем новый устав, и ещё неизвестно, кому это выйдет боком.
Что, если ничего не наладится?
К чему вообще было приезжать в Лондон, если корона всё равно перепишет устав так, как выгодно ей, а Италия получит ровно то, что ей оставят? Выгода — весьма субъективная вещь априори, и жизнь вряд ли накинет тебе бесконечное число накинутых возможностей самореализации. И если однажды ты разбалансил древнюю магию, что скрепляла все равновесие, отделяющее магов от магглов, то естественно, что ты захочешь вернуть всё обратно, и, если можно, с корректирующими правками.
#️⃣
#️⃣
#️⃣
#️⃣
✍️
Дафна Гринграсс работала в Департаменте международного магического сотрудничества. Отдел торговых соглашений и магических линий. Третий этаж, левое крыло, кабинет с видом на внутренний двор. Дверь в её кабинет была открыта, а она сидела за столом, заваленным пергаментами.
🤩— Giornata tranquilla, vedo.
— В Лондоне все говорят по-английски, — ответила Гринграсс, не поднимая взгляд со стопки бумаг на рабочем столе. — Даже те, кто приехал из Италии. Особенно те, кто приехал из Венеции, Забини.
🤩🤩Проскочила мысль,
🤩🤩что Дафна
🤩🤩вычеркнула с памяти школьные годы — вместе с обидами за внезапный отъезд на родину, — но она тотчас с улыбкой добавила:
— Привет, Блейз. Рада тебя видеть.
🤩— Ciao, Daphne. — Он улыбнулся смягчению тона в её диалоге, скользнул взглядом по заваленному бумагами столу. — Всё-таки нашла себе место, где можно прятаться от Гриффиндора.
В кабинете пахло крепким кофе, пергаментом, чернилам, и свежестью недавно политого кактуса — серьёзно, Гринграсс, неужто ты настолько потеряла школьную планку, что никто не дарит тебе роскошные розы?
🤩— Ну что, Даф, как там твой фирменный талант оставлять после себя разбитые сердца? Поговоришь со мной?
✖️🤍🤍🤍🤍🤍
По возвращению в Лондон день в Британии прошёл именно так, как и должен был пройти день человека, который приехал сюда спасать древнюю магию в собственной стране: отвратительный кофе, десятки пергаментов, несколько часов в архиве, разговоры о голосованиях, договорах и чужих интересах, которые почему-то всегда оказывались важнее твоих собственных.
🤩🤩В его собственных — 🤩🤩теплое солнце
🤩🤩Италии, а не дожди Британии.
Среди договоров, которые днём казались бессмысленным набором старых формулировок, теперь внезапно зацепился взгляд за один знак — три линии, пересекающиеся внутри замкнутого круга. Блейз замер, потому что уже видел его. Не сегодня, даже не в Лондоне. Память вытащила из глубины совершенно другую картину: ночь, пустой коридор родового дома, запах сырого камня и старая дверь в нижний архив, которую он не открывал с самого возвращения в Венецию. На ней был вырезан точно такой же символ.
Тогда Забини решил, что это очередная семейная прихоть, оставшаяся от людей, которые имели слишком много денег и слишком мало рассудка. Теперь же совпадение выглядело несколько менее случайным. Он перевернул несколько страниц и нашёл внизу одной из них едва заметную приписку на старом итальянском: il primo giuramento riposa dove tutto ebbe inizio🤩.
🤩
🤩
🤩
Первый обет покоится там, где всё началось.