Экономический кризис в Иране продолжает углубляться на фоне морской блокады.

По оценкам профильных аналитиков, в частности экспертов National Security Journal, годовая инфляция в стране зафиксировалась в районе 85%, а общий спад экономики (ВВП) оценивается минимум в 10%. За шесть месяцев боевых действий национальная валюта — риал — потеряла более 60% своей стоимости, а курс доллара на свободном рынке преодолел отметку в 2,5 миллиона риалов.

Общие объемы внешней торговли страны сократились примерно на 40%, а экспорт нефти упал более чем на 85%.

Снижение валютных поступлений спровоцировало в Иране дефицит импортных товаров, медикаментов и сырья для производства. Чтобы покрыть внутреннюю нехватку, власти пошли на непопулярные меры, включая двукратное повышение цен на автомобильное топливо. Из-за стремительного роста цен на продукты питания и базовые услуги по всей стране начались забастовки работников бюджетной сферы — на улицы массово выходят учителя и медсестры, чьи реальные доходы упали ниже прожиточного минимума.

Внутреннюю обстановку накаляют и коррупционные скандалы. В начале октября на фоне общего кризиса ушел в отставку министр нефти Мохсен Пакнежад, а его обязанности временно перешли к главе Иранской национальной нефтяной компании Хамиду Боварду. Иранский парламент сейчас расследует финансовые нарушения при теневой продаже углеводородов за рубеж через посредников. По данным следствия, уполномоченные агенты задолжали государству огромные суммы, при этом судьба десятков миллионов баррелей нефти, выведенных в обход официальных каналов, остается неизвестной.

Дипломатические попытки урегулировать ситуацию пока остаются безрезультатными. На прошедших 11 октября переговорах иранские представители официально назвали встречные предложения Вашингтона «недостаточными».

Президент страны Масуд Пезешкиан публично признал, что экономические проблемы государства многократно усилились, однако руководство страны находится в тупике.

Пезешкиану приходится балансировать между риском полной экономической изоляции в случае продолжения конфликта и угрозой внутреннего переворота со стороны иранских силовиков и радикалов (КСИР), если правительство согласится на уступки США.