В лета шестнадцатого или семнадцатого, когда я странствовал с девою, и была меж нами радость, а воздух был ледяным, и одеяли нас верхние одежды. Но в тайном месте, когда я содрал с ней покров, узрел я волоса там, густыя яко у Арсена Маркаряна. И оказалось, что она есть цыганка. И глаголах ей: «О, чудище волосатое, о, проклятое творение!» И удалился от нее. Ибо сказано: «Да не будет в вас лицемерие, да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а паче того — от лукавого». И повествование сие да будет вам на увеселение и размышление.