У меня нету рта, но я должен кричать.
Я смотрю на людей, сотворенных молчать,
Но они говорят. А их рот, словно жопа,
Служит цели иной - целится в бога-

-мишень. И используют рот, как кошель,
Как оружие мести и пыток, как мел
Или фоторужье, что реальность сводит
В момент. Но не можешь посрать - так не мучай жопу.

Ведь проиграны войны, до того, как рождён,
И виновников нету - сигнал не дошел.
Корреспондентов, войны псов и прочих
Закоротят, обратив в тамогочи.

Машинный бог вошедший в азарт,
На благо наций, додепнет в ломбард.
Взяв мою руку, вставит два пальца -
Дефибриляция в труп попаданца.

Ранен, убит - взял и воскрес,
Исус, затворенный в болотной воде -
Это был не конец. Пробегутся мурашки,
Изнутри и к концам, и мне больше не страшно.

Я бы мог пускать слезы, если б умел,
Да только волненье - следить на воде.
Наркоторю накачан, причина в дазайне.
Я глаза без лица, бутылек в океане.

А тебе зачем рот? Неужто молчать?
Век-волкодав - статус КВО для волчат,
Только в мéчтах и ныне светло, как в помине,
В прекрасном и яростном мире.

Я звонил узнавать - в трубке всхлипы и плачь -
Заключенье, на вскрытии, сделал не врач.
Как любовь поживает? Повесил на гвоздик?
Мумифицируй в болоте - вот образ.

Трахай в зад прошлое, мой некрофил.
Забей скрепы в губы и снова проспи,
Ведь в будущем, всяко, всё это исчезнет.
Вырви все языки, вырви мозг, не болей.