Эмпатия в исследованиях переоценена — II

…А ещё профессиональные психологи меня наверняка справедливо заклеймят, но, уверен, у большинства из нас, а не только у нарциссов эмпатия де-факто в той или иной степени селективная, что абсолютно нормально, даже желательно для исследователя, если ты умеешь в отстранение и переходы между уровнями абстракции, обладаешь способностью выстраивать рефлексивную дистанцию без отчуждения и высокой толерантностью к неопределённости. Так что не испытывать нон-стоп в ходе интервью эмпатию в том виде, в каком её описывают в поп-психологии, с моей точки зрения, тоже нормально.

…А ещё нужно учитывать, что почувствовать именно то, что чувствует Другой, мы не в состоянии в принципе. Это всегда моделирование его переживаний и состояния. Всегда аппроксимация.

…А ещё полезно помнить, что эмпатия эмпатии рознь, и отвечают за разные её виды разные нейронные механизмы. Обычно, рассуждая про эмпатию, её виды либо произвольно смешивают, либо, чаще всего, подразумевают аффективную эмпатию — «эмоциональное заражение», непосредственное разделение чужого переживания, которое в нейрофизиологическом плане опирается преимущественно на работу передней островковой доли и передней поясной коры. Эти же зоны активируются при переживании собственной боли. Т. е., наблюдая чужое страдание, мозг частично воспроизводит паттерн собственного болевого опыта. (Да, а с зеркальными нейронами тоже не всё так просто. А именно: их роль в формировании эмпатических переживаний у людей, по последним исследованиям, гораздо скромнее, чем провозгласил их первооткрыватель Джакомо Риццолатти.)

«Но есть и другая музыка» эмпатия — когнитивная. Соответствующий ей процесс называют ещё mentalizing: это способность реконструировать чужую перспективу/состояние, понимать, что Другой думает и чувствует, и здесь в большей степени задействованы медиальная префронтальная кора, височно-теменной узел и височные полюса. Кстати, фактически это та же сборка мозговых центров, которая в целом отвечает за атрибуцию ментальных состояний сообразно theory of mind.

Так вот. Аффективная эмпатия в исследовательской коммуникации может быть точечно полезна (тем более что она возникает, как правило, «сама собой»), но без контроля способна мешать едва ли не чаще, чем помогает. Когнитивная эмпатия тоже может повести по кривой дорожке, но в целом именно она больше всего ценна для исследователя. Если с ослабленными способностями к аффективной эмпатии можно быть хорошим полевиком и аналитиком, то с неразвитой когнитивной эмпатией — едва ли. Ну, я примеров обратного не встречал.

«Только этого мало», в любом случае.

(Окончание в следующем посте.)