Почему не нужно тащить модели из психотерапии в качественные исследования. Часть III

☝🏻Всё сказанное не означает, что психологическая травма не оказывает значимого влияния на поведение людей. Оказывает. Способна оказывать. И на экономическое поведение, надо полагать, тоже. Например, в исследованиях благотворительности и заботы я выходил на травму как один из предикторов поведенческих стратегий регулярно. Но к ней структура мотивации не сводима полностью нигде. Снова тот же вопрос: зачем тогда мы задействует в исследовании модель, предназначенную для работы с травмой?

☝🏻 Значит ли это, что с помощью IFS нельзя провести полезное для бизнеса качественное исследование? Например, сегментировать клиентов банка? Не значит. Нет, скорее всего, действительно выйдет ерунда. Но способный исследователь, возможно, сумеет извлечь из поля ценные для бизнеса инсайты, задним числом «объяснив» их затем через конфликт подходящих «субличностей». То бишь будут осмысленные выводы при произвольной модели без объяснительной и предсказательной силы.

Но метод это нефальсифицируемый и методологически несостоятельный в приложении к социологическим исследованиям/обследованиям. Вместо того чтобы выявлять реальные социальные или социально-психологические механизмы и паттерны поведения, мы, вероятно, получим красивые, с претензией на глубину, нарративы, которые невозможно будет операционализировать и конвертировать в конкретные сущности продуктового бэклога или маркетинговые стратегии.

— Как таргетировать рекламу на «людей с доминирующей firefighter-частью»?
— Какой интерфейс банковского приложения нужен для обладателя «высокоинтегрированного „я“»? А слабо интегрированного?
— Чем продукт должен притягивать пользователей с определёнными травмами и, соответственно, определёнными отношениями между субличностями и как снимать их опасения?

IFS не даст ответов на эти вопросы, потому что его конструкты, во-первых, условны и описывают лишь малую часть социальной и психологической реальности людей, во-вторых, повторюсь, разработаны в расчёте на решение понятных узких задач — для терапевтических интервенций с целью проработки травмы.

☝🏻Желание рьяно внедрять IFS и другие методы и модели извне часто зиждется на ложных посылках — мол, существующие методы, модели и фреймворки, вроде JTBD, слишком поверхностны или недостаточны для того, чтобы понять, почему люди действуют так-то и так-то и как они будут действовать в будущем. Увы, обычно это желание идёт от незнания того, какой теоретический аппарат и практический инструментарий доступен и годами используется в исследованиях. Чёрт, это, наверное, прозвучало надменно, но здесь нет позы: ну правда, в мире с Google и ChatGPT совершенно не проблема узнать, как в 2025 году проводят качественные исследования, с опорой на аппарат каких дисциплин.

Есть другие, гораздо более глубоко научно фундированные и практически испытанные методы, модели и инструменты для решения тех же задач. И не очень ясно, зачем брать в качестве базового фреймворка модель из психотерапии, если можно понять, что лучше подходит для конкретного проекта. Возможно, здесь нам будет продуктивнее использовать ситуационный анализ по Адель Кларк [в макабрическом] сочетании с теорией фреймов. Здесь — когнитивное интервью, а там — нарративное/биографическое. Здесь — grounded theory, а там — да-да, многажды охаянный JTBD. Возможно, здесь нам понадобится скорее аппарат психологии личности или социальной психологии, а тут — социологии. Если мы действуем в русле HCI и хотим разобраться в том, почему у пользователей возникают и развиваются те или иные эмоции, то можем обратиться к модели индукции эмоций [Lee, Choi, Marakas, Singh, 2019]… В общем, понятно.

Уф, that's all, folks!