В прошлом Вэнс был человеком, который буквально жил своей работой, без романтизации. Она занимала почти всё его время, мысли и интерес к жизни. И его это полностью устраивало.

Он был модельером в штате Вашингтон. С большим стажем, хорошим заработком и весьма узнаваемым именем в нужных кругах. Не мировой звездой, конечно, но человеком, которого уважали за вкус, упрямство и способность превращать даже странные идеи в действительно цепляющие образы. Майкл вообще был одержим визуальной стороной всего вокруг.
Даже собственный образ он выстраивал почти как отдельный проект. Дорогие костюмы, идеально подобранные цвета и жёлтая линза на левом глазу с кошачьим зрачком, которую ему вручную сделал знакомый из похожей сферы. Кто-то считал это выпендрёжем, кто-то странностью, но Майклу нравилось, когда на него смотрят. Внимание вообще было важной частью его жизни. Не потому что он отчаянно нуждался в любви или одобрении, ему было по душе то ощущение, что он умеет оставаться в чужой памяти.

С людьми у него при этом складывалось средне. Майкл не был одиноким затворником или мизантропом, просто близкие отношения интересовали его куда меньше того, чем он занимался. Ни семьи, ни детей, ни желания "осесть" у него так и не появилось. Иногда в его жизни появлялись романы, связи или просто полезные знакомства, но почти всё это быстро отходило на второй план рядом с карьерой.
В молодости Вэнс, по собственной глупости, успел связаться с довольно сомнительными людьми. В основном это были компании, крутившиеся вокруг подпольных азартных игр, ставок и прочих мутных развлечений, где деньги исчезали быстрее здравого смысла. К счастью, он довольно быстро понял, что такая среда рано или поздно его либо утянет вниз, либо просто сломает. Уйти получилось не сразу, но всё-таки вышло. И, возможно, именно тогда у Майкла окончательно сформировалась привычка полагаться только на себя. Без лишних привязанностей, без доверия к кому попало и без желания подпускать людей слишком близко.
Он не был счастливым человеком в классическом понимании, но был человеком удовлетворённым. Знал, ради чего просыпается по утрам, этого ему и хватало.

Умер он так же невыразительно, как и многие вокруг, без сенсационной истории. В какой-то момент организм просто не выдержал многолетнего напряжения и переработок, которые Майкл слишком долго игнорировал. Кажется, в тот день он всё ещё думал о работе, о каких-то тканях, сроках или будущих заказах. А потом всё закончилось. И, как оказалось позже, недостаточно окончательно.

((1963-2017))