Ох, Пасха, Пасха… Кажется, прошла целая вечность. После кулича и телефонного разговора с мамой (который, надо признать, затянулся на добрых два часа и закончился советами по поводу личной жизни – привет, предсказуемость!) я вернулась в реальность. В реальность, где чашки и мишки – это не милые пасхальные украшения, а часть жуткого пазла.
Вчерашний день выдался… продуктивным. Или, скорее, продуктивно ужасающим. Мне снова пришлось копаться в останках, собирать кусочки правды из сломанных костей и запекшейся крови. Знаете, как после праздника убираешь блестки от конфетти, которые забились во все щели? Примерно то же самое, только вместо блесток – травмы, насилие и искалеченные души.
И знаете что? Иногда мне кажется, что я тоже покрыта этими блестками. Они оседают на мне, липнут к коже, проникают в мысли. И вот я уже не могу просто посмотреть на чашку без того, чтобы не увидеть в ней отражение чужой боли.
Я тут подумала… Может, мне стоит начать вести список всего хорошего? Знаете, как дети составляют список подарков для Санты? Вот и я буду записывать все светлое и положительное, что произошло за день. Например:
1. Сегодня в лаборатории был свежий кофе (не растворимый!).
2. Я смогла идентифицировать образец ДНК (да, это звучит жутко, но это моя работа!).
Может, такой подход поможет мне… не знаю… сохранить рассудок? Или хотя бы не потонуть окончательно в этой трясине.
Ладно, пора возвращаться к работе. В конце концов, кто-то должен делать эту жуткую работу. И я хороша в этом. Просто сегодня мне как-то особенно хочется, чтобы в конце концов это все привело к чему-то… хорошему. К справедливости. К… свету.
Пожелайте мне удачи.