Июльские «Полёты» на «Текстуре» — фантастические и разные Юлия Малыгина и Юра Степанов.
 
https://textura.club/polet-razborov-122-2/ - Юлия Малыгина; https://textura.club/polet-razborov-122-1/ - Юра Степанов
 
Спасибо за отклики, Елена Севрюгина, Ольга Балла, Данила Кудимов, Андрей Сергеев, Дмитрий Гвоздецкий!
Сам тоже мяукнул что-то о текстах Юлии.
Ольга Балла о Юре Степанове: «Тем самым поэт воздействует на читателя уже самим графическим обликом текста (это стихи в значительной, если не в решающей степени, для чтения глазами — восприятие их со слуха будет несомненно недостаточным; хотя очень интересно, как звучат при чтении курсивы, жирный шрифт, зачёркивания, «водяные знаки»). Его стихи и на уровне текста — в значительной степени события зрения: так, в стихотворении «Второй с конца» текст подробно ощупывает видимый облик «мужчины с огромным пятном витилиго». Кроме того, поэтическое событие в значительной мере смещается во внутреннее пространство читателя, которому предлагается по графическим указаниям достроить это событие в себе. Строго говоря, совсем уж радикально нового в этом нет, искусство вообще и поэзия в особенности всегда побуждает к этому читателя; следовательно, можно сказать, что Степанов усиливает, почти доводит до предела некоторые присущие поэзии коренные тенденции.

Кроме всего названного, автор — сильно деавтоматизируя восприятие своих текстов, но также и добавляя им смысловых измерений, — не удовлетворяясь одним только русским языком, включает в стихи фрагменты древнеирландских фраз: «dichedul di chennaib» (это, кстати, очередной раз снижает «фонетичность» текста, значимость его звуковой стороны, поскольку вряд ли многим известно, как именно это читается; не говоря уже о значении этой фразы — как удалось выяснить, это «заклинание голов», одна из специальных техник, которыми должен был владеть древнеирландский поэт-филид).
 
Возможно, во всём этом стоит видеть указание на принципиальную недостаточность словесного как такового (не попытки ли преодоления слова, при которых слову как таковому остаётся роль указания на собственные пределы, свидетельства об этих пределах?)...»
 
 
Елена Севрюгина о Юлии Малыгиной: «Чётких критериев определения подлинности искусства (в частности, поэтического) нет и не может быть. И всё же лично для меня существует некий ориентир, своеобразный «маячок», безошибочно указывающий на то, что автор совершает свой творческий путь в нужном, продуктивном направлении. Это ситуация, когда мистический акт проговаривания своего лирического «я» превращается в настоящее мифотворчество.
Подобная черта как раз характерна для творчества Юлии Малыгиной. Её мифологическое мышление одновременно и архаично, и современно. Оно опирается на философские учения ионийских и милетских натурфилософов — в частности, на их идею о первоосновах всего сущего, к которым относятся стихии воды, земли, воздуха и огня. Магистральным образом, вокруг которого строится художественная картина мира Юлии, становится земля. Все тексты предложенной подборки образуют своеобразное ассоциативно-смысловое поле со значением земли, плодородия, непрерывного созидания новых форм жизни...»