Простыню раскрасил Поллоком. Как священик окропил живот. Всеж художник.., по другому и не мог… А если бы мог? Как не крути — один исход.
«Простыну…» - говоришь, волнуясь. На что немой ответ - укрыл тя с ног И почти до самой головы, терь вот.., Лежу себе и пялю в сумрак-потолок.
Приобнял, руку капитально взгромоздив, Думаю о разном, например о том, Что «все» так давно, что в множество Уже само-собою включено мифическое «мы».
Не все равно, так что готов, кажись, Озвучить тривиальнейшие мечты, Про быт, про дом, про будущую жизнь И, конечно же, про старческую смерть.
Но рано.., кажется, что все еще пролог, Который мы не успели пережить.., увы. Поэтому полежу себе, пожалуй, молча, Пяля в белый-белый бескрайний потолок.
